На страже чести

Старк вытащила блузку из брюк Рене и обеими руками двинулась вверх, по обе строноны от позвоночника, лаская пальцами мышцы ее спины. Она задохнулась, когда Рене прижалась к ней бедрами, задев самое чувствительное место. Это заставило ее живот сжаться, и из нее вырвался стон, – Ты…тоже, – Она просунула одну руку между ними и коснулась верхней пуговицы блузки Рене, – Могу я…?

– О…да, – Ошеломленная сладостью этого вопроса, Рене зажмурила глаза от быстрого скачка волнения, снова толкнувшегося меж ее бедер. «Слишком рано.

Слишком рано, чтобы чувствовать так много». Но она не могла остановить эти ощущения, ни в ее теле, ни в ее сердце. Перенеся упор на бедра Старк, она слегка отодвинулась, чтобы дать возможность гибким пальцам расстегнуть каждую кнопку на ее блузке. Паула делала это тщательно. Она любила то, как осторожно и сосредоточенно Старк делала все. Когда края шелка распахнулись, обнажив бюстгальтер с мелким кружевом, она слегка повела плечами, позволяя блузке соскользнуть с них. Одной рукой она потянула рубашку Старк из-за пояса ее брюк, приподняв ее и оголив живот. Затем Старк снова легла на нее, издав стон,

почувствовав контакт в том же самом месте. Инстинктивно, Паула раздвинула бедра Рене и крепко вжалась между ее ног. Ей казалось, что этой близости недостаточно. Её голос превратился в хриплый шепот, когда она выдохнула: – Я чувствую как внутри меня все разрывается на части, от того как сильно я хочу тебя.

Рене прижалась лицом к изгибу шеи Старк, все еще ощущая движения ее бедер.

Ей не хотелось останавливать это, но она чувствовала, что если это продолжится, она не сможет продержаться слишком долго, – То, что ты говоришь…я чувствую, когда ты касаешься меня. Ты разбиваешь мое сердце.

– В хорошем смысле, – Рене снова поцеловала ее, слегка подтолкнув вверх, чтобы проскользнуть пальцами между ними и расстегнуть кнопки на рубашке Старк. Дрожащей рукой она забралась под майку Паулы на спине, когда девушкаа расстегнула застежку на ее лифчике. Грудь Рене была обнажена, и она застонала от внезапного ощущения свободы и ощущения острого желания,

набухшего внутри нее.

Она выгнула шею, ее живот дрожал, – Прикоснись ко мне, прошу тебя.

Старк испугалась, что может упасть в обморок. Даже несмотря на то, что она лежала и дышала очень часто, ей казалось, что воздух попросту не попадает в ее легкие. Её сердце дико колотилось,

пытаясь выскочить из груди. Импульс, отдаленно струившийся внизу ее живота вырос в плотно сжатый кулак между ее бедер.