Онлайн-библиотека книг
Правда, если он догадается, кто его родителей так подставил, то шея твоя пропадет почем зря.
От этой угрозы Люське стало страшно. Правда, ненадолго. Как четырехмерник, она слишком ценный ресурс, чтобы ей просто «свернуть шею». А с учетом ее решительности и готовности на все… Нет, не свернет. Похоже, придется научиться чувствовать его переменчивое настроение. Полезно если не для выживания, то просто – для нервов.
Резанов тем временем думал о своем, напряженно глядя в монитор. Его широкоплечая, чуть обрюзгшая фигура заслоняла Люсии обзор, и увидеть текст на экране девочка, конечно же, не смогла.
Арнольд Ромуальдович развернулся, и вдруг… выражение его лица с задумчивого сменилось на злобное и… острое какое-то. На скулах заходили желваки, губы сжались в нить. Черные (никакие не синие!) глазищи впились в Люську. Ей стало очень трудно дышать, словно она стояла в стеклянном пузыре, из которого откачали воздух.
– Принеси свои документы, – сквозь зубы, тихо, но… очень значительно произнес Резанов, – бегом.
И вскинул руку, словно махнул ей на прощанье. Неведомая сила развернула Люсию на месте и толкнула в спину. Чтобы не растянуться на лестнице, девчонка бегом кинулась наверх. Трясущимися руками вытащила конверты из сиреневой школьной сумки. Сумка осталась от прошлой жизни, и Люсия не решалась ее выкинуть. Использовала для хранения своих и Митькиных паспортов и свидетельств.
В гостиной-офисе Резанов сразу же вырвал конверты из ее трясущихся рук, выпростал первое свидетельство о рождении и вчитался в синие чернильные буквы.
– А-а-а, черт! – заорал он, отшвыривая бумажку в сторону, словно она в чем-то была виновата. – Черт! Проклятье! – Пнул первый попавшийся стол и добавил пару уж совсем непечатных выражений.
Сейчас он выглядел даже страшнее, чем минуту назад, – с вытаращенными глазами и вздувшимися венами на лбу. Безумным взором обвел комнату, словно ища, на чем бы выместить свой гнев. В комнате начала сгущаться тьма. Люська сжалась в комок на ступеньке, но не удержалась и то ли пискнула, то ли хныкнула от ужаса.
– Как твоя фамилия? – жутким голосом спросил он.
Люська с огромным усилием оторвала язык от неба.
– За… Закараускайте, – выдавила она, – м-мы… из Литвы.
Арнольд Ромуальдович запустил обе руки себе в волосы и уселся прямо на пол. И расхохотался страшным смехом безумца. Правда, вскоре немного успокоился.
– Закараускайте, – без запинки повторил он ее непроизносимую фамилию.
