На улице Мира

– Ты можешь выбрать и ту кровать, – указала я вглубь комнаты. – Амелия ведь еще не пришла.

– Нетушки, – запротестовала Руднева, тряхнув длинными каштановыми волосами. – Амелия странная, я ее боюсь.

Мы с Ирой переглянулись.

– К тому же тут и платяной шкаф рядом, розетка. И телефон зарядить, и феном волосы посушить. Все очень удобно. Девчонки, я взяла много вешалок из дома, с вами поделиться?

Я уже отвыкла от того, что Диана столько болтает. Еще больше Ирки. Поэтому они когда-то и спелись… А еще забыла, что Руднева такая услужливая.

Боюсь, Соболь и компания используют ее на полную катушку.

Ирка гордо промолчала и принялась разбирать свою огромную сумку, первым делом демонстративно и с большим трудом выудив практически с самого дна плечики. Мол, от тебя, Диана, мне ничего не надо, все у самой есть. Руднева следила за этими манипуляциями печальным взглядом.

– Я не взяла, можешь со мной поделиться, – зачем-то сказала я. – У меня есть один сарафан, который постоянно мнется.

Диана тут же просияла, а Ирка наградила меня таким убийственным взглядом, что мне захотелось испариться.

Диана, разбирая вещи, принялась задавать нам с Ирой много вопросов: как окончили год, куда собираемся поступать в следующем, какие планы на лето… Будто бы мы общались каждый день и не было между нами того отдаления. Я сдержанно отвечала на все вопросы, Ирка продолжала Диану игнорировать. Когда разговор зашел о летних платьях, фасонах на выпускной, косметике и прическах, на пороге появилась Циглер.

Мы тут же примолкли и застыли со своими вещами в руках. Амелия, оценив обстановку, прошла вглубь комнаты к своей кровати, бросила на нее сумку, а потом и рухнула сама, не снимая ботинок.

Мы молча продолжали пялиться на Циглер, и каждая из нас не решалась проронить ни слова. Наконец музыка в наушниках Амелии замолкла. Диана было открыла рот, чтобы что-то сказать, но Циглер, стянув наушники, ее опередила.

- Предупреждаю! – сурово начала она. – Если будете ночью трещать о всякой девчачьей лабуде, каждую поочередно придушу, как куренка, поняли?

Мы с девчонками переглянулись.

Поняли. Чего ж непонятного? Решив тогда, что если оторванный палец и похоронный марш все-таки дело рук Циглер – веселенькие две недели у меня намечаются.

Глава двенадцатая

Глава двенадцатая"

"Первый день в лагере прошел не так гладко, как хотелось бы. В комнате мы с Иркой практически не задерживались из-за напряженных отношений с соседками.