На условиях любви

– Но если твой дед оставил тебе свое имение в Греции, ты обязан поехать туда, встретиться с остальными членами семьи и...

– Дед завещал мне имение только потому, что чувствовал свою вину. Я обойдусь и без этих денег.

– О какой вине ты говоришь?

– Думаю, ты и сама догадываешься, – был ответ. Бруни сглотнула. Она надеялась, что Кейн не слышит, как у нее перехватило дыхание.

– Что мне надеть на церемонию? – сменила тему Бруни.

– Это свадьба, милая. Полагаю, твоя мать ожидает, что ты будешь одета как невеста.

Да, Кейн знал ее слабые места.

– Мне не идет белый.

– Тогда надень кремовое платье.

– Может, черное? В конце концов, разве это не конец моей жизни?

– Мне все равно, какого цвета будет твое платье, – раздраженно ответил Кейн. – Все, что от тебя требуется, – это появиться вовремя, произнести клятвы и исполнять данные обеты. Если, конечно, ты не хочешь, чтобы твои родители отправились в тюрьму вместо круиза по Тихому океану.

Бруни в недоумении уставилась на телефон. В трубке раздавались лишь короткие гудки...

Гленис Мерсер позвонила на следующее утро, чтобы договориться о встрече. Женщина была полна энтузиазма. Она хотела выбрать самое красивое подвенечное платье и все необходимые детали туалета. Гленис много лет ждала этого момента и теперь с радостью принялась за дело.

– Я хочу маленький букет, – настаивала Бруни, когда они пришли в цветочный магазин.

– У тебя должен быть большой букет, – возразила Гленис, рассматривая очередной шедевр флористов. – Это самый важный день в твоей жизни; все должно быть идеально.

Бруни листала брошюру, в которой были представлены различные букеты невесты, и размышляла о том, что идеального в браке ее родителей. Мама до сих пор подчинялась требованиям отца, жертвуя своими нуждами ради него. Что в этом идеального?

– Я выбрала розы, – сообщила Бруни ассистенту флориста. – Кремовые.

Выйдя из цветочного магазина, женщины начали один за другим обходить свадебные салоны, но ни в одном не могли найти подходящего платья.

– Мне нужно сесть на диету, – заключила Бруни, хлопая себя по животику.

– Ты слишком переживаешь из-за своей фигуры, – покачала головой Гленис, одернув платье, которое примеряла дочь. – Я весила по меньшей мере килограммов на пять больше, чем ты, когда выходила замуж.

– Но ты же выходила замуж по любви.

Гленис замолчала.