На волнах оригами

Антон пытался мне пару раз рассказать что-то про современные музыкальные направления, однако я пропускала эту информацию мимо ушей, требуя поцелуев – по крайней мере, так точно было в последний раз.

– Он – рокер, играет в группе, и музыка у них такая…Тяжелая, – нашлась я. – Иногда – с экстремальным вокалом. И не слишком добрыми текстами."

"– Занятно, моя Геката – тоже рок-герл, – ухмыльнулся парень. – Тоже в группе и тоже играет «тяжеляк». Так ты тоже любишь такую музыку?

– Не очень, – призналась я. – Можешь считать меня ограниченной, но мне по душе иная музыка.

Легкая, беспечная, с красивым вокалом. Качественный поп – почему бы и нет? А все эти разукрашенные парни, скачущие по сцене перед толпой агрессивных фанатов, – вспомнила я почему-то «Красных Лордов», – не по мне.

– И не по мне, – согласился Кирилл подозрительно легко. – Если бы я делал музыку, я бы выбрал джаз. А вот Гекату не переубедишь. Любит свой блек-метал больше, чем меня. Классная дева, единственный заскок – парни, – разоткровенничался Кирилл вдруг, и мне стало его жаль.

 – Отсюда измены. Я зову их одноразовыми. Встретил – забыл. Ты же знаешь этих музыкантов, Катя. Творческие личности. Свобода внутри, свобода снаружи. Но я всегда ее прощаю, – добавил он.

– Не все такие, – возмутилась я. – Мой парень – ответственный.

Думать о том, что Антон способен на «одноразовые» измены – не хотелось.

– Ну, бывают и такие, – отвечал мой спутник в женском обличье. И он прикрыл губы ладонью, словно скрывая смех.

– И я ему – верю, – сердито добавила я.

– Вера – это здорово, – закивал Кирилл.

– Вера – это нормально. Если любишь – веришь, – отрезала я.

– Если любишь – помнишь, – мягко поправил меня Кирилл, тембр его голоса изменился: из веселого стал вкрадчивым. – А чувства – это всегда тайна.

– Которую может разгадать только тот, кого любишь? – спросила я.

Парень мотнул головой.

– Не всегда. Порой даже тот, кто хранит эту тайну, не знает, как ее разгадать.

Машину занесло на повороте, и получилось так, что он прижался ко мне.

В какое-то мгновение мне вдруг показалось, что Кирилл хочет меня поцеловать. Его глаза неотрывно смотрели на мои губы, и он даже подался вперед. Но, наверное, мне показалось. Игра света и теней так причудлива.

– Ты кого-то напоминаешь мне, – медленно сказала я, не понимая, в чем дело.

– У меня типичное лицо, – пожал плечами Кирилл. – Вечно все с кем-то путают.

– Но ты же сам сказал, что мы встречались, – несколько растерялась я.

– Я пошутил, – хмыкнул он.