На волнах оригами

Тягучий гул разнесся по стадиону, взрывом ударили барабаны, мощно заревели басы, и тело насквозь прошила вибрация. Яростная музыка «Красных Лордов» бесцеремонно вторглась в души своих поклонников. И те заорали так неистово, приветствуя, наконец, своих кумиров, что я едва не оглохла. Эта была настоящая атака на глаза и уши, кошмарный контраст с той самой звездной темнотой и чувственным пением, который ударял по натянутым нервам.

Пятеро музыкантов, одетых в темные длинные плащи с капюшонами на головах, продолжали свой демонический концерт, не обращая внимания ни на оглушительный рев поклонников, ни на спецэффекты, хотя мне казалось – еще чуть-чуть, и искры подожгут экстравагантные одеяния «Лордов».

Пожар буйствовал и на огромных экранах, и на его фоне чернел логотип группы – летучая мышь с ухмыляющимся рогатым черепом вместо головы.

Не хватало только Гектора – солиста. Но едва я подумала об этом, как сцену озарил новый сноп сияющего света, взорвавшийся с оглушительным шумом, и откуда-то снизу начала медленно подниматься платформа с огромным кованым троном, увенчанным головой дракона, из оскаленной пасти которого вырывалось пламя.

На троне, закинув ногу на ногу, сидел человек в алой сияющей короне, надетой прямо поверх капюшона, закрывающего лицо. Около его ног в манящих позах расположились две девушки в откровенных нарядах из латекса. Рядом лежал Гектор – белая одежда его была пропитана кровью, кровь же была под ногами человека в капюшоне. Фронтмен не шевелился, а его застекленевшие глаза смотрели в бездонный потолок. Все это операторы транслировали на все тех же огромных мониторах, поэтому видно было более чем хорошо. Я поежилась. Зрители, правда, отчего-то очень обрадовались.

Платформа полностью поднялась под рев музыки и толпы, человек сбросил с себя корону, стянул капюшон, и… это тоже оказался Гектор. Как оказалось позднее – Гектор в белых одеждах был восковым. Этакий символ расправы над светлой стороной души.

Одна из девушек лизнула алую лужу и, видимо, распробовав кровь на вкус, окунула в нее руку и размазала по бледному лицу солиста «Лордов».

За столь своеобразный грим она удосужилась короткого будоражащего поцелуя. Кстати говоря, на какой-то из песен обе дамы стали жертвами некому темному, по всей видимости, божеству, роль которого весьма талантливо исполнил Кезон.

– Прости, я не смог сдержаться, – произнес Гектор с усмешкой, глянув на своего воскового двойника, и пнул его ногой, а затем ловко соскочил на сцену.