На волнах оригами

На меня западают только уроды, – посетовала она и скомандовала, видя, что таран по имени Веня приближается к нам. Побежали!

Журавль нагло отпихнула какого-то юношу и пустилась вперед, не отпуская при этом мою руку. Хоть я была в кедах, а подруга – в ботинках на платформе, бежала она куда быстрее, подгоняемая явным нежеланием остаться наедине с новым ухажером. А тот, между прочим, несмотря на габариты, двигался очень быстро и орал зычно:

– Нина! Нина, постой! Остановись, я сказал!

– Иди ты! – с задором выкрикивала та, вприпрыжку несясь к каким-то полутемным проулкам с фонарем-калекой.

– Что мы тут забыли? – ловя ртом воздух и чувствуя, как начинает колоть в боку, спросила я.

– Помойка, – только и кинула коротко подруга, зорко осматривая проулок. Один из автомобилей вдруг подал признаки жизни – мигнул нам фарой, и мы на последнем издыхании бросились к нему, пулей залетев в салон.

– Поехали! – залихватски скомандовала Нинка, и Матвей, сидящий на водительском сиденье, ничего не говоря, газанул.

Веня, которому до нас оставалось метров пять, грозил мощным кулаком и извергал тонны брани.

– Это кто? – поинтересовался Матвей.

Как я выяснила несколько позднее, расчетливая Ниночка сразу поняла, что добраться до отеля будет проблематично и договорилась со своим «парнем», чтобы тот забрал нас после концерта. Как она его на это уговорила – ума не приложу.

– Человек, если ты в шары долбишься и не видишь, – нахально отвечала ему Журавль, расслабившись.

Я, чувствуя себя неловко из-за очередных слов подруги, попыталась разъяснить Матвею ситуацию. Что, мол, очередной ненормальный поклонник.

– Не оправдывайся, – одернула меня Нинка. Матвей, кажется, улыбнулся, глядя вперед, на ярко освещенные московские улицы, по которым и ночью неслось куда-то множество автомобилей.

– В среду, на ужине с моими друзьями, будь добра, выгляди иначе, – ровным голосом произнес молодой человек.

– А сейчас я как выгляжу? – наклонилась вперед, поближе к водительскому креслу Ниночка.

– Безвкусно. Дешево. Вульгарно, – попытался припечатать ее Матвей, но она, вместо того, чтобы начать огрызаться, нагнулась еще ближе и положила ладони парню на плечи и ласково провела по ним.

– Если хочешь нежности, поехали ко мне в отель, – откликнулся водитель.

– Милый, будешь хамить, – нежно произнесла Нина. – Задушу! – тут Журавль ненадолго сжала его шею. Видимо, с силой. Потому что от неожиданности Матвей едва не выпустил руль.