На волоске

Грязными у нас были только ноги, так что мыться пока было не обязательно, а вот через пару дней, пожалуй, мы, привыкшие к доступному постоянно душу, захотим помыться."

"— Идите сюда. Грязное снимайте, кому нечего надеть - под одеяла, а я скажу, что входить нельзя, - я содрала свою одежду, платье Фалеи и плащи, кивнула Палии в сторону двери, и мы вышли. Дашала с удовольствием взяла шерстяное покрывало и завернувшись в него, прижалась к теплой печке. Мы не спали всю ночь, и сейчас мечтали только о том, чтобы лечь.

— Ридганда довольна? – заискивающе спросила хозяйка, принимая у меня одежду.

— Да, если бы не вы, кто знает, что бы с нами случилось. Только, не говорите особо кто мы, мало ли, позавидуют вам, да и навредят. Люди разные, - добавила я и побежала за Сиалой под другой навес, где были оборудованы поилки для скота.

Там мы замочили вещи, а платье Фалеи, которое здесь было так же неожиданно, как попугай среди галок, Сиала замочила отдельно. Деревянные широкие бадьи заменяли тазы. Я заметила, что хозяйка берет воду из длинных колод и присмотревшись, поняла, что они вырублены из целых стволов дерева.

— Через пару дней вода в реке станет мутной, и еду готовить можно только отсюда, - заметив мое выражение лица, сказала женщина. – Не напиться ею, но хоть так, - она улыбнулась и продолжила шоркать ткань между кулаками. Никакого мыла здесь не было.

Лафат, выбрав себе одеяло, остался спать в сенях. Принесенной соломы хватило, чтобы законопатить щели в ближнем к дому углу и сделать просторную и мягкую лежанку. Я сдвинула две лавки к печи так, чтобы лечь к ней спиной, а Крита, Дашала и Палия легли на кровать.

Лафат заглянул к нам, поманил меня в сени и указал на затвор, который он починил:

— Сразу не откроют, но как услышишь, вставай, - кратко сказал он и, улегшись в достаточно пышную нору, с головой укрылся одеялом.

— Я сказала хозяйке не ходить к нам до самого вечера. Если замерзнешь, приходи, - ответила я и ушла в дом, где мы плотно закрыли ставни, приготовив на всякий случай плошку с жиром и тонкой веревочкой. Вероятно, она служила здесь осветительным прибором. Ну, хоть жир искать не придется, - подумала я, свернула одеяло под голову и, прижавшись спиной к теплой печи, мгновенно заснула.