И я не смогу с ним связаться до тех пор, пока его не восстановят. Если это вообще когда-нибудь случится.
Я не успела отойти от недавних событий, как новый сюрприз.
Несколько минут я простояла, глядя в пустоту и обнимая себя руками. Не хотелось думать о плохом, но против воли сознание рисовало неутешительные картины, а внутри все стыло, как в декабре.
— Я пойду, хорошо? Не скучай тут без меня, — не глядя на Макея, я направилась к двери.
Ноги и руки сгибались с трудом, как будто я превратилась в робота.
— Я могу и ошибаться! — крикнул на прощание артефакт, но почва для тревог уже была удобрена и полита.
Думала, что раньше жила в небезопасном мире, но он оказался просто филиалом детского сада по сравнению с новым, где опасность поджидает под каждым кустом.
Интересно, как давно Деревянная Гора связывался с его светлостью?
Я мысленно велела себе собраться. Ольга Анатольевна ведь неунывающая героиня, ну!
В результате я спустилась во двор, где уже царило оживление, с уверенной улыбкой на устах.
Чтобы получить очередной сюрприз. На этот раз от Костадина. Только завидев меня, братец гордо показал обе руки. Поднял их вверх, развел в стороны. Но знаете что?
Этот умник догадался содрать повязку!
Глава 33.2
— Я подумал, что управлять лошадью одной рукой действительно неудобно, а у меня уже давно ничего не болит. Взгляни, сестра, пальцы шевелятся, отека нет, я могу даже создать водяное закл… Ай! — вскрикнул он и потер затылок. — За что, Олетта⁈
С убийственно спокойным выражением лица я вытерла ладонь о передник.
— За то. Я сказала, что такой перелом нельзя тревожить месяц.
— Он же почти истек!
— Не почти и не истек. И я должна тебя отпустить вот так? А о бабушке ты подумал?
— Как же, подумал он, — послышалось ворчание за спиной, и я обернулась. Коко недовольно хмурилась, взирая на внука. — Все вы только о себе и думаете.
Внезапно лицо Костика сделалось строгим. Он непреклонно заявил:
— Бабушка, ты не сможешь вечно держать меня у своей юбки.
Я не хочу быть таким же увальнем, как мой отец и старший брат. Мне надо учиться управлять землями, защищать их. Нейт Парами прекрасный наставник, но я хочу большего.
— Как можешь ты говорить такие вещи! — воскликнула графиня и по привычке схватилась за сердце, но ее фокусы на юношу уже не действовали.
— Олетта, взгляни, — он протянул мне руку. — Убедись сама, что все в порядке.
Я поняла, что погорячилась, отвесив непослушному брату затрещину.
