На высоте

Вижу, ты уже проверил как работает договор. В дальнейшем я дополню список наказаний за его нарушение, но и так уже неплохо получилось…

А всего то добавил рвотный рефлекс. Теперь, если кто-то захочет рассказать об осколке лишнего и приготовится терпеть жжение, он этого не сможет сделать физически. Как минимум при помощи устной речи. Потом добавлю судороги, и даже написать ничего не получится.

Едва он пришел в себя, я снова применил восстановление. Теперь можно и ввести в курс дела.

— Да я тебя… Буээээ! — Он снова попытался наорать на меня, но вышло так себе.

Теперь придется влажной уборкой заняться... Хотя не для этого ли мне нужны солдаты?

— Слушай первый приказ. Бежишь в дом, хватаешь тряпку, и убираешь за собой!

Лишь когда штаны его начали заметно дымиться и тлеть, он сорвался с места, и прыгнул в портал. Надеюсь, не заблудится там, и вернется сюда своим ходом. Интересно, какие мысли сейчас крутятся в его голове? Я ведь даже ничего не объяснил ни где мы, ни кто мы. С другой стороны, меньше знаешь, крепче спишь.

— Лишних вопросов не задавай. Теперь, когда ты нарушишь мой прямой приказ, у тебя загорится жопа. Без местного исцеления, ты просто умрешь, причем не самой приятной смертью. Понял? — как только он вернулся с мокрой тряпкой и начал прибирать за собой, я уселся в кресло и начал давать напутствия.

— Понял… — процедил сквозь зубы он. Но раз блевать не начал, значит и правда, мотает на ус.

— Так вот. Раньше ты воровал много денег у простых работяг и государства.

Первый мой приказ — всеми правдами и неправдами ты вернешь всё свое имущество заводу, на котором работаешь. Второй, очевидно, больше не будешь воровать, и другим не позволишь. В общем, теперь ты работаешь так хорошо, как только можешь. Выкладываешься на все сто ради развития и процветания вверенного тебе актива. Понял?

— Понял… — он как раз закончил с уборкой, и встал передо мной, словно слуга.

— Да чего ты кислый такой? У тебя сегодня появился второй шанс, твое здоровье теперь идеально! Радуйся, и живи нормальной жизнью! А имущество? Так оно всё равно не твоё было! — я улыбнулся, а он почему-то стал еще более кислым.

— Всё, иди, можешь приступать. И да, если найдешь мне высокопоставленного пациента, сразу дай знать. Уверен, в твоем окружении знали, что ты доживаешь последние недели, и вопросов посыплется немало.

Он просто молча развернулся и ушел. Я даже не спросил как его зовут, и не стал обмениваться номерами. Если что, у Олега спрошу.