Привязывал наагалей его очень тщательно, используя для этого свой длинный пояс, а потом и пояс Миссэ. Убедившись, что наг привязан надёжно, Ссадаши пожелал ему хороших впечатлений и с торжествующей улыбкой начал поднимать его наверх.
Когда он закончил и закрепил верёвку, на тренировочный полигон поспешно выполз обалдевший Вааш. Похоже, срочное донесение о новых бесчинствах наагалея выдернуло его из купален, и наг так торопился, что натянул только нижнюю юбку и даже не вытерся.
– Это что такое?! – прогремел он, глядя вверх.
Ссадаши довольно прищурился, с наслаждением рассматривая легко подрагивающий на утреннем ветру яркий хвост, и с гордостью ответил:
– Это флаг мужественности нашей расы!
– Это Миссэ! – взревел Вааш и бросился опускать импровизированный «флаг». – Ссадаши, я убью тебя!
Наагалей ещё немного полюбовался на рвано опускаемого Миссэ и всё же пополз прочь с полигона. С Вааша станется осуществить свою угрозу.
– Эй, – Доаш пихнул мрачного брата в бок и шёпотом спросил: – Слышал последние новости?
Миссэ досадливо поморщился и отвернулся.
– А что, меня перетирать ещё не закончили?
– Не закончили, – довольно подтвердил Доаш, – и у истории появились новые детали.
– Что-то мне это не нравится…
– Да, тебе не понравится. Представляешь, кто-то видел, как ты покидал мужской бордель в тот день, – Миссэ глухо застонал. – Да ты подожди! Это ещё не всё. Теперь по дворцу ходит слух, что Ссадаши узнал о твоей ветрености, оскорбился и поэтому подвесил тебя как символ неверности.
– Вот Тёмные! – с досадой протянул Миссэ.
– А я предупреждал, чтобы ты не связывался с Ссадаши, – с усмешкой заметил брат. – Этот уж из любого дерьма с выгодой выползет. Так что, дорогой брат, все теперь порицают тебя за измену душке-Ссадаши.
Доаш с издевательским сочувствием похлопал раздосадованного Миссэ по плечу.
– Но самое забавное в том, – Доаш проигнорировал возмущённый взгляд брата, – что Ссадаши продолжает тебе мстить и старательно разыгрывает роль обманутого возлюбленного.
– Вот поганец! – с досадой процедил Миссэ.
– Ах, – раздался тихий вздох."
"Братья резко вскинули головы и увидели в конце коридора бледного и, казалось, даже осунувшегося Ссадаши. Наагалей закусил губу и, закрыв глаза ладонями, с горестным всхлипом скрылся за углом. Парочка придворных дам проводила его взглядами, полными слёз сочувствия, а затем так зыркнули на Миссэ, что он едва ли не отшатнулся.
