– Есть еще кое-что, о чем я не сказала, – продолжала она. – Недели за две до смерти Карла Робертс чувствовала угрозу. Она рассказала об этом дочери. Время от времени на восьмой этаж, где она жила, поднимался лифт, из которого никто не выходил. В последние дни это повторялось подозрительно часто. И пугало ее.
Джон насторожился:
– Полагаю, речь не идет о технической неисправности? Систему проверили, надеюсь?
– Конечно. Но теперь Филдер полагает, что Энн Уэстли тоже угрожали. Иначе зачем бы ей понадобилось затевать продажу дома за две недели до Рождества? К чему такая срочность?
– Как именно ей угрожали?
– Ну, Филдер нашел в доме одну картину… У Энн Уэстли была студия на чердаке.
Она увлекалась живописью – масло, акварели… В основном красочные, позитивные пейзажи – солнце, деревья, цветы. Но одна картина уж слишком отличалась от остальных.
– В каком смысле?
– Я сама не видела. Передаю описание Филдера. Черный фон – как будто глубокая ночь. И на ней – два световых конуса. Свет автомобильных фар, так он это понял.
И задался вопросом, видела ли она что-то подобное в действительности? Дом стоит на отшибе, кругом ни души. Что, если это была машина, которая приезжала и уезжала, притом что из нее никто не выходил? Снова и снова, как лифт в доме Карлы Робертс…
– Неплохая идея, – заметил Джон, удивленный, что лишенный воображения Филдер сумел подойти к делу творчески.
– То есть и в том, и в другом случае женщин запугивали. С Карлой Робертс все примерно ясно. Если это началось за две недели до ее смерти, то…
– По времени это примерно совпадает с исчезновением Лайзы Стэнфорд, – заметила Кейт.
Таинственная, непостижимая Лайза… Но в голове Джона внезапно всплыло другое имя. Самсон Сигал, который шпионил за одинокими женщинами. Не он ли поднимался в лифте многоэтажки в Хакни или разъезжал близ уединенного дома под Танбридж-Уэллс с включенными фарами?
– То есть и в том, и в другом случае убийца предупреждал о своем появлении, – заметил Джон. – Это все, что вы хотели сказать?
Кейт загадочно улыбнулась.
– Есть еще кое-что… – После чего занялась пастой, как видно, чтобы подогреть нетерпение Джона. – Филдер не говорит об этом прямо… не на совещаниях, по крайней мере. И все-таки до меня дошли слухи… в общем, он допускает, что во всем этом можете быть замешаны и вы.
– Я знаю, – отмахнулся Джон. – Но это абсурд. При всем своем желании, насколько мне известны обстоятельства дела, Филдер не сможет ничего против меня состряпать. Я знаю Уордов, это так.
