– Твой папа сказал полиции, что мама страдала депрессией. Ты знаешь, что такое депрессия, Финли?
– Это когда человек всегда очень грустный, – ответил Финли.
– Именно. И твоя мама была такая, всегда очень грустная?
– Да, – серьезно подтвердил Финли.
Джон решил попробовать зайти с другой стороны.
– Видишь ли, Финли, люди, страдающие депрессией, часто грустят по непонятной причине. То есть сами они, может, ее и чувствуют, но со стороны кажется, будто ее нет. Такая печаль как простуда в горле – есть, и всё. Поэтому она и считается болезнью.
Человек грустит, даже если у него все хорошо. У твоей мамы все было хорошо в жизни?
Лицо Финли отразило неуверенность.
– Вы спрашиваете, грустила ли она по непонятной причине?
– Да.
– Не думаю, что это так, – тихо сказал Финли. Теперь он не смотрел на Джона.
– Значит, ты знаешь причину ее грусти?
Мальчик кивнул.
– А почему она ушла из дома, тоже знаешь?
Финли молчал и смотрел на свои сапоги. Джон заметил, как на его виске под тонкой кожей дергается жилка.
– Не хочешь рассказать мне об этом?
Финли покачал головой.
– А если это поможет мне найти ее?
Теперь глаза Финли заметались по сторонам, как будто в поисках помощи.
– Твои родители часто ссорятся? – продолжал расспрашивать Джон.
Финли выглядел так, будто хотел сбежать, и Бёртон понял, что не сможет удерживать мальчика при себе больше минуты. Но тут ему пришла в голову интересная мысль, и Джон сменил тему.
– Чем ты вообще занимаешься после школы? – спросил он. – У тебя есть хобби? Регби? Может, музыка?
Финли как будто удивился.
Но лицо его отразило невероятное облегчение.
– Я играю в гандбол по средам, – ответил он. – А по четвергам у меня фортепиано.
– Ты играешь в гандбол? Вот это мне нравится… А знаешь, я ведь тренирую детей по гандболу в свободное время.
– Правда? – Теперь Финли смотрел на него с восхищением.
– Правда. И у тебя получается играть в гандбол?
– Получается.
– Ты занимаешься этим здесь, в школе?
– Да.
– А фортепиано тоже здесь?
– Нет, с частным преподавателем.
Рядом с метро «Хэмпстед».
– Понимаю. Наверное, раньше тебя отвозила туда мама, а теперь ты добираешься один?
– Да. У моего отца совсем нет времени.
– Хорошо, Финли. Спасибо, что поговорил со мной. Надеюсь, ты еще успеешь на свой автобус.
– Еще есть время, – сказал Финли и повернулся, чтобы идти. – До свидания, мистер Бёртон.
– До свидания, Финли.
Джон проводил мальчика глазами. При ходьбе Финли немного сутулился, как будто нес невидимый груз.
