– Боже, и это сделала я? – испугалась Джиллиан.
Палм провел по губе указательным пальцем, поморщился, потом усмехнулся:
– Вы неплохо боксируете.
– Простите, пожалуйста…
– Нет проблем, это не смертельно. Послушайте, вам не кажется, что стоит позвонить в полицию? Они за вами присмотрят.
Джиллиан покачала головой.
– Я выставлю себя на посмешище. Я уже сделала это.
Люк Палм серьезно посмотрел на нее.
– Я так не думаю, – возразил он. – По городу бродит убийца, которого полиция не может поймать, и он совсем недавно побывал в этом доме.
Они вообще знают, что вы здесь одна?
– Нет. Этого они не знают.
– Мне это не нравится.
– Мистер Палм… – начала Джиллиан, но он оборвал ее:
– Вы, наверное, скажете, что это не мое дело, но после того, что случилось, я чувствую ответственность за вас и не могу как ни в чем не бывало уехать домой, бросив вас на произвол судьбы.
– Я запру все двери.
– Но дверь на кухне вы оставили незапертой, и это меня беспокоит. Вам не следует оставаться одной в этом доме.
Джиллиан понимала, что он прав. Была тень человеком из плоти и крови, или у нее в самом деле разыгралось воображение, но оставаться в доме одной нельзя. Джиллиан догадывалась, какой будет грядущая ночь и все последующие. Она не сможет заснуть. Оставит свет включенным и будет, затаив дыхание, вслушиваться в тишину. Вздрагивать при малейшем шорохе или скрипе. Садиться на кровать.
Наконец ее нервы не выдержали.
– Я подумаю, – пообещала Джиллиан.
3
Он вернулся домой насквозь продрогшим, хотя на обратном пути включил отопление в машине на полную мощь.
Он слишком долго брел по снегу и торчал на морозе. Теперь простуда почти обеспечена, одна надежда на горячий душ.
Лайза Стэнфорд так и не объявилась. Поначалу Джон следил за школой и прилегающим к ней зданием спортзала из машины, но потом решил увеличить радиус наблюдения. Он вышел из машины и до темноты бродил на территории школы, особенно возле спортивных корпусов. Осторожно, конечно, чтобы не привлечь лишнего внимания.
Взрослый мужчина, бесцельно слоняющийся рядом с несовершеннолетними школьниками, рискует навлечь на себя серьезные подозрения. Поэтому время от времени Джону приходилось менять позицию, что, помимо прочего, позволяло немного размяться.
Но холод и сырость в конце концов просочились сквозь сапоги, проникли до костей и распространились по всему телу. Джон понял, что с него хватит, и начал сомневаться в действенности своего плана.
