– Где вы его нашли? – спросила она.
Я сделал неопределенный жест в направлении реки.
– Довольно далеко отсюда, почти в Шоберинессе. Я гулял там, когда он выбежал мне навстречу.
Я уже чувствовал, как стыдливый румянец заливает мне шею, и надеялся, что Мишель Браун этого не заметит.
Она беспомощно уронила руки:
– Что он там делал? Почему убежал? Ничего не понимаю… Такое с ним впервые.
– Может, увидел другую собаку и захотел с ней поближе познакомиться? – предположил я.
Моя версия не показалась ей убедительной; при этом Мишель Браун явно не догадывалась, что могло произойти на самом деле.
– Хорошо, что у него на ошейнике бирка с моим адресом и номером телефона, – сказала она. – Иначе вам пришлось бы долго меня искать. Хотя я уже заявила о его пропаже и в полицию, и в приют для животных. Рано или поздно мне все равно его вернули бы.
Мишель Браун понятия не имела, сколько всего я уже о ней знаю. Она же смотрела на меня так, будто видела впервые, и этим причиняла мне боль. Каждое утро на протяжении без малого полугода мы гуляли в одном месте, проходили в нескольких шагах друг от друга, но Мишель Браун меня не замечала.
Как и другие женщины, впрочем. Я не тот, на кого оборачиваются на улице. Если я и могу чем привлечь внимание женщины, то разве своей никчемностью. В минуты самой беспросветной безнадеги мне кажется, что так будет всегда.
– Ну да… – согласился я. – Рад, что мне удалось найти его и вернуть вам. Джаз очень милая собака.
– Он для меня как ребенок, – ласково подхватила она."
"Между тем я продрог.
Все это время на задворках сознания крутилась одна-единственная обращенная к ней мысль: «Неужели ты не пригласишь меня на чашку кофе?» Конечно, Мишель Браун не знала, через что я прошел. Но я вернул ей ее «ребенка», неужели это не стоило кофе?
Некоторое время мы стояли и смотрели друг на друга, а потом Мишель Браун сказала:
– Итак, еще раз большое спасибо, мистер…
– Сигал. Самсон Сигал.
– Мистер Сигал, очень приятно. Я – Мишель Браун. Еще раз спасибо от всего сердца.
Это был ужасный день. Я уже представляла, как Джаза переехала машина или его отловили для экспериментов над животными – чего я только себе не воображала… Это было ужасно.
– В таком случае желаю вам обоим приятного вечера, – сказал я и повернулся, чтобы уйти.
Она меня не удерживала. Прокричала вслед еще одно «спасибо», когда я был уже возле садовых ворот. Этим все и закончилось. Когда, уже на улице, я обернулся на ее дом, дверь была закрыта, и я снова остался один.
