* * *Проставляться за звание и должность я хотел в ресторане. Он был у нас один на весь город, и запись на всякие свадьбы-юбилеи там велась на месяц вперед. Однако через Эрика Робертовича я уже почти договорился об обслуживании вне очереди, но тут выяснилось, что большинство сотрудников, и Кулебякин в том числе, хотят, чтобы торжество прошло в более непринужденной обстановке.
В такой, где можно и по банкам пострелять, и крепким словцом выразиться. Где никто не осудит развеселых выпивших милиционеров, потому что в лесу некому осуждать.
То бишь народ желал гульнуть на природе, так у них в Зарыбинске было принято испокон веков звания отмечать. Никто рестораны не откупал, все по-простому, по-домашнему. С разносолами и шашлыком. С баяном и стрельбой.
Я не стал нарушать традиции, и в этот августовский погожий день, когда неожиданно нагрянула пятница, мы сорвались с работы всем отделом пораньше и оккупировали живописный бережок реки за городом. И вот здесь мне налили полный стакан водки. Граненый и твердый, как милицейская служба.
Я встал в центр поляны.
— Товарищ майор, товарищи офицеры! — громко проговорил я, держа на весу стакан, наполненный доверху, в котором на дне, хорошо заметные в прозрачном напитке, сверкали желтые милицейские звездочки. — Лейтенант милиции Морозов проставляется по поводу присвоения очередного специального звания…
Пауза — после этого надо было выпить стакан водки. Не растягивая, почти залпом, иначе захлебнешься. И договорить традиционное ментовское приветствие-тост.
Чтобы впоследствии не упасть от выпитого стакана водки, пришлось заранее немного подготовиться. Съесть перед этим банку жирной тушенки.
Я шумно выдохнул и осушил стакан под радостные взгляды коллег. Но и это еще не все. Нужно было звезды посадить на «погон». Сейчас у меня они были во рту. Я нащупал их языком и повернул голову к правому плечу. Все наблюдали за мной, за каждым моим движением.
Я вытолкнул звездочки. Те удачно приземлились на плечо и не свалились. Даже встали треугольником, как и положено на погоне старлея.
Ф-ух! Теперь заключительная фраза, которая была продолжением слов до стакана:
— Старший лейтенант милиции!
Наконец, раздались долго сдерживаемые аплодисменты и восторженные возгласы.
— У-у!
— Поздравляем!
— Сан Саныч, молодец!
А я поспешил к столу, который мы соорудили из заранее привезенных досок, чтобы немедленно закусить. Попутно ловил поздравительные похлопывания на своих плечах, они перебили горечь водки на языке.
