— Повезло, бывает, — хмыкнул я. — Всем известно, что новичкам везет.
— Нет… Дело совсем не в этом. Еще я поднял законодательство, проверил ваши слова — нет никаких поправок в УПК, про которые вы упоминали.
— Каких еще поправок?
— Ну как же? Про то, что забрать заявление можно только через три дня…
Вот же дотошный очкарик! Доковырялся, блин…
— Сначала я не понял, почему вы так поступили, а потом, проанализировав все, пришел к удивительному выводу. Вы блестяще использовали это выдуманное высказывание как рычаг психологического давления на подозреваемого.
— Да? А я думал, что такие поправки действительно имеются.
— Не скромничайте, Александр, — пристально смотрел на меня сквозь очки криминалист.
Линзы делали его глаза еще больше, и казалось, он видит меня насквозь.
— Да я не скромничаю, скромность — вежливость слабаков, — попробовал я отшутиться, но Валентин вдруг выдал такое, отчего мне вдруг захотелось его немедленно прибить. По-тихому пристукнуть и Мухтарке скормить.
— Я знаю ваш секрет, Александр…
— Слушай… Загоруйко, тебе же в кадры надо было? Вот и иди… в кадры.
— Погодите, Александр, почему вы это скрываете?
— Что скрываю? — напрягся я.
— Как это — что? Это же очевидно. Я знаю, что вы используете в оперативно-служебной деятельности особые знания.
Вот сука! Как он догадался, что я попаданец?..
— Ничего я не использую, ничего не знаю, — мотал я башкой, а сам уже прикидывал, куда мне линять.
Потому что контраргументов не предвиделось.
— Конечно, используете, — упорствовал тот.
— Новейшие знания советской криминалистической науки, которые, вероятно, почерпнули из НИР.
— Да, точно! — с облегчением выдохнул я. — Из советской науки все взял. Э-э… Где-где почерпнул?
— НИР… Научно-исследовательские разработки. Простыми словами, передовой опыт. Периодика ведомственная печатается для служебного пользования. Я прав? — сиял Загоруйко. — Прошу, вас, Александр, дайте мне тоже эти журнальчики почитать. Вряд ли такая литература доходит до канцелярии нашего ГОВД.
Я полагаю, это свежие выпуски «Следственной практики» и «Экспертной практики», я видел такие в Угледарске, в областном УВД.
— Да, именно они… Извини, Валентин, дать не могу. В библиотеку их сдал. Областную.
— Я бы посмеялся вашим шуткам, Александр, если бы у меня было чувство юмора, соответствующее вашему.
Я прищурился. Да что он ко мне прицепился? Не жук даже, а чисто клещ.
— Это ты меня сейчас оскорбил, Валёк?
— Отнюдь.
