Начало (Я есмь)

Можно предположить, что вы неразумны, раз убиваете самих себя, но тогда откуда у вас взялось такое оружие? А если разумны и убиваете себе подобных, то значит никакой это не закон. В общем, не мешай работать. Кто они тебе? Чего ты от них ждешь? Зачем они тебе? Как ты их спасешь? В скафандры ты их не засунешь, у них примитивные чипы и нейрошунты, искины их не примут. Если их сейчас отпустить, они разбредутся по станции, начнут прятаться и ждать роя, а насекомые прилетят, их всех найдут и съедят. У них судьба такая – быть съеденными, и этого не изменить.

И еще, сейчас они не чувствуют боли, и умирают легко от остановки сердца. А знаешь, как они будут умирать у насекомых? Нет? Ивры откладывают в плоть яйца, и когда появляются личинки, они какое-то время питаются, а потом выгрызают себе путь через живот, при этом твои челы будут живы и понимать, что происходит. Боли им при этом тоже будет достаточно. Ты такой судьбы для них хочешь? Вот ты сейчас их от меня заберешь, и что ты с ними будешь делать?

А вот на этот вопрос у меня не было ответа.

И вообще я растерялся. Мед же прав. Эти люди мне никто, если я сейчас их от него заберу, то мне придется о них заботиться, а скоро прилетит рой. И что тогда? Мне кого спасать Вику или этих? Всех вместе спасти вряд ли получится. Я стоял как дурак и не знал, что делать. Я пришел воевать. Я могу убить меда, разнести полстанции, навалить кучу ампов, и спасти людей. Только что произойдет потом? Рой же все равно прилетит. А помощников из этих людей не получится: часть меня предаст при первом удобном случае, часть не поверит мне, третьи начнут искать способ, как меня использовать в темную и обмануть потом. Так же всегда ведут люди. В итоге я никого не спасу, даже Вику, зато заполучу множество проблем, может быть даже смертельных, раз против роя никто не может выстоять. И что мне делать? Я стоял, смотрел на людей и плакал, потому что понимал, мне им не помочь. А еще мне было мерзко и очень тоскливо. Где правда, брат?

-Мы уходим, -буркнул я и пошел к двери.

—Нам тут делать нечего.

– А как же война? —ответил лобастик, идя за мной плавной, гибкой походкой, которой могут двигаться только хищные звери. –Я что, никого сегодня не порву и никому не откушу голову?

– Не будет войны, – ответил я. — Нам просто сегодня не за кого воевать. За моих сородичей мы точно воевать не будем, не стоит, благодарности все равно не будет, а вот проблем огребем выше крыши.

— А за кого будем? —спросил Ворк, выходя вслед за мной из зала.