Начало (Я есмь)

– Не вижу твоих гнусных глаз, которые наверняка что-то задумали плохое, а я порядочная муха, поэтому не могу позволить всяким подлым тараканам меня совращать. Я лучше сама кое-кого совращу.

И завертелось. Опасность всегда действует возбуждающе. Откуда только силы берутся? Раньше я таким выносливым и долгоиграющим не был, все-таки что-то во мне паучиха изменила. И кости больше не болят, и сила растет с каждым днем, да и, кажется, умнее становлюсь. Впрочем, последнее наверняка мне только кажется. Хотя… Но тут девушка добралась-таки до самого сокровенного, и мне стало все равно.

Да и плевать! Как там у Яна Флеминга? И пусть весь мир подождет? Вот и пусть ждет, все равно от нас ничего не зависит.

Когда я снова вернулся в действительность и набросил на голову складку, чтобы видеть происходящее, в окружающем мире изменилось довольно много, во-первых, станционные башни, которые защищали станцию, оказались разрушены до основания, и понятное дело, больше не стреляли. Сам военный линкор, точнее его две разваленные половинки, были облеплены маленькими абордажными корабликами – тоже ясно, мародерка, это наше все.

И вся в целом станция была окружена роем так, что оказалась в центре неподвижно висящих звездолетов.

От гигантского корабля-матки, к станции полетел небольшой кораблик, сопровождаемый десятком юрких истребителей: похоже, кто-то из начальства роя решил осмотреть местные достопримечательности. Наш кузнечик подлетал к доку, в который залетали другие корабли, наверное, скоро и нас заставят залететь внутрь, но пока этого не произошло, следовало по крайней мере попробовать что-то изменить.

Я встал и сел в кресло:

– Искин? Слышишь меня?

– Да, древний, – отозвался корабль. – Прошу прощения, но управление звездолётом перехватил корабль-матка, мои функции были ограничены. Отвечать я тоже не мог, хоть и слышал тебя, древний. Дело в том, что во время ведения военных действий многие функции звездолетов роя блокируются до окончания битвы.

-А сейчас? –спросил я. –Ты можешь что-то сделать сейчас? Например, тихо, незаметно покинуть рой, а потом уйти от него как можно дальше на прыжковых двигателях?

– Это невозможно, – ответил искин.

–Любые попытки покинуть рой будут жестко пресекаться. И еще…

– Что еще? –нетерпеливо воскликнул я. – Договаривай.

– Мне пришлось сообщить кораблю-матке, что на моем борту находится древний, – неохотно ответил искин. – После этого звездолет находится под постоянным внешним контролем, мне перекрыто управление двигателем и оружием.