Начало (Я есмь)

Корабль снова рванулся с места, уходя на шестой прыжок, и тут яйцо рядом закачалось, а потом в нем появилась дыра, оттуда выглянул голубой глаз и знакомый голос пробурчал:

-Чего смотришь? Вытаскивай меня отсюда. Зачем меня вообще сюда засунул?! Какая же ты скотина!

Да… время идет, а Вика не меняется. Так всегда, если с женщиной что-то происходит, то виноват в этом мужчина. Это аксиома. А если мужчины рядом нет, то происходит что-то потому, что его нет рядом. Вот был бы, не было бы. Это вторая аксиома.

– Вытащи ее из яйца, все равно покоя не даст.

Девушка-ивр бросилась к яйцу, два скользящих удара когтями и передо мной во всей красе показалась голая Вика, вся в чем-то липком и белом. Она мрачно посмотрела на меня, потом на Дару и отправилась в душ, покачивая бедрами, буркнув при этом:

– Никуда не уходи, нам, кажется, есть, о чем поговорить.

-Это моя сестра? –спросила Дара. – Да?

– Ага, – покивал я. – Вы двуяйцевые близнецы, она родилась первой, но потом решила родиться обратно.

– Обратно родиться это как? Покажешь?

Ответить я не успел, из душа вышла Вика и сразу приступила к допросу:

– Эта швабра, она кто и что тут делает?

– Вообще-то это твоя сестра, – сказал я. – Вы с ней очень похожи, но она умнее и сексапильнее.

– Убью! –прошипела девушка и посмотрела на Дару. – Ты кто?

– Твоя двуяйцевая сестра, -ответила она, как и ожидалось. –Мы с тобой одной крови.

Немая сцена. Вика подвисла, пытаясь что-то понять. Она посмотрела на остатки яйца, которое медленно, но верно впитывалось в пол. На лице проявилось невероятное умственное напряжение, такое выражение часто бывает при запоре, когда хочется что-то сказать и сделать, а не можется. Потом девушка выдохнула и посмотрела на меня уже совсем другим, очень печальным взглядом и спросила:

– Что со мной произошло? И что это за гадина с нами? Почему у нее глаза звериные.

– Не знаю, милая, что с тобой произошло,– я пожал плечами. – Могу выдать только свои предположения. И Дара не животное, а насекомое, наверное, точно не знаю.

– Давай свои предположения, – Вика легла мне на плечо. Дара, посмотрев на это безобразие улеглась на второе, и мне стало как-то тесно. – Рассказывай и про насекомое тоже.

– Ну начало ты помнишь, – ответил я.