Начало (Я есмь)

Правда смотрелась она довольно уныло, на ней не видно было океанов и материков, из них выпирающих — передо мной вращалась в огромном черном космосе просто огромная красно-бурая скала, на которой дымились вулканы, выбрасывая клубы пепла и дыма на высоту до сотни километров, и это было по-своему красиво. Они меня завораживали, как фонтаны. Поверхность была неровной, кое-где виднелись глубокие провалы, дна которых не было видно, где-то шли горные гряды, причем многие горы поднимались гнилыми зубами явно больше двадцати, а то и тридцати километров.

Несколько раз я видел, как из огромных жерл вулканов вытекала кроваво-красная лава, как огромные дымящиеся реки.

Жизнь на этой планете отсутствовала, не было ни растений, ни даже лишайников. Атмосферы тоже не имелось, точнее около самой поверхности обнаружилась небольшая прослойка разных газов, не больше двух километров, но дышать ею было нельзя: содержание кислорода не превышало трех процентов, зато углекислого газа и азота было за двадцать, имелся еще криптон, неон, водород и куча других.

Откуда я это узнал? Да просто подумал, и в моей голове сразу появилась таблица.

Облетев планету по экватору и убедившись, что нет на ней ничего интересного, я начал смещаться к одному из полюсов, где и находилось красное пятно, заодно стал снижаться. А вот это уже было в кайф.

Одно дело лететь в космосе, когда нет ничего, с чем глаз мог бы сверить свое движение, и совсем другое дело, когда ты несешься над черной, коричневой, серой, желтой поверхностью.

Даже дух захватывает, как во сне. Все же летали во сне, оттолкнешься и несешься вперед, а под ногами мелькает земля, здесь я почувствовал тот же самое. И я еще раз убедился, что мой кораблик просто чудо, он смог мне обеспечить полное ощущение, что он и я одно целое.

Теперь я знаю, почему нам снятся эти сны про полет. Вероятнее всего так работает наша родовая память. Когда-то мы мчались над землей, как сейчас летел я. Мы же не совсем земляне. Мы пришельцы. Откуда я это знаю? Это давно определили наши генетики. У людей имеется двести двадцать три инопланетных гена, которых нет больше ни у одного животного. Искусственники мы.