"
"К середине августа мастерские начали выдавать по тридцать пистолетов-пулеметов в день уже шестой модификации, она была вылизана очень прилично — перекосы и задержки практически ушли — главное следить чтобы в открытое окно не забивалась земля — ну это недостаток любого автоматического оружия со свободным затвором, а городить закрывающую шторку пока не стали. Но возникла проблема с патронами — если вооружить автоматами хотя бы двести человек, то из наших запасов на каждого получалось по три рожка, что очень мало.
Химики пока отставали от наших потребностей, но еще в начале августа начали выдавать какие-то объемы чистого вещества для капсюлей, и с пяток килограммов пороха в день, поэтому существующие патроны мы переснаряжали, хотя пока и вручную — сделали два десятка ручных прессов и гражданские прессовали на них капсюли и впрессовывали в собранные гильзы, засыпали порох, насаживали и запрессовывали пули — их мы лили из свинца, оболочку не делали, поэтому стволы грязнились значительно сильнее, но других технологий на тот момент не было.
К тому же в пистолете-пулемете скорость пули по сравнению с винтовкой невысокая, поэтому свинец не успеет размягчиться от трения в нарезах и пуля сможет закрутиться нормально. Механики же день и ночь проектировали роторную линию для производства патронов. Как ни возражали военные, я протолкнул изготовление гильз из мягкой стали — любые запасы мы расстреляем менее чем за месяц, поэтому коррозия им не будет грозить, главное следить и не хранить дольше этого срока, уж лучше отстреляем их на полигонах.
Цветных металлов-то для ""нормальных"" гильз все-равно было очень мало.
Со свинцом тоже наметилась проблема, поэтому оружейники прорабатывали переход на пули со стальным сердечником и только рубашка вокруг него — свинцовая. Но рубашку срывало при вращении в стволе — из него вылетали ошметки, а то, что оставалось, летело непонятно как.
Стали делать сердечник ребристым — его ребра удерживали свинцовую рубашку на всем протяжении канала ствола, и та обеспечивала нормальную закрутку. Но для таких легких пуль нужна была нарезка покруче — винтовочная ведь рассчитана на другие массы пули и ее скорость, и на наших суррогатах она давала слишком сильный разброс на дистанциях уже более сотни метров — чуть ли не метр, а на двух сотнях — уже три метра.
