Я особо не вмешивался в процесс, тем более что военные ходили кругами вокруг конструкторов и приговаривали ""ну когда же? ну когда же?"" — уж очень им хотелось получить такую автономную и многофункциональную единицу. Единственное что я добавил — это предложил увеличить углы вертикальной наводки градусов до восьмидесяти, чтобы стрелять и по-минометному. И сделать ствол подлиннее — раз все-равно его будут только возить, то чего бы еще не увеличить дальность стрельбы. Получалась эдакая недо-Нона-С. Никто про Нону-С тут естественно не знал, но идею оценили, сказали ""Точно!!!"" и сели переделывать чертежи.
Вот так и зарабатывается дешевый авторитет. А я еще подлил масла в огонь:
— Тогда уж и шрапнельный выстрел добавьте. И перископ.
— Точно!!!!
Но уж эта идея была исключительно моей, так что все-таки было чем гордиться. Я-то обратил внимание, что военные любят забраться по-выше, чтобы осмотреть поле боя сверху — так местные неровности и растительность меньше загораживают всякие интересные подробности — стрельбу пушек, пулеметных расчетов, спрятанные танки, линию окопов и прочее, что мешает уничтожать фрицев.
А сделать устройство, которое можно поднять из бронетехники — почему-то в голову им не пришло. Естественно, высоко его не поднимешь — от силы пара метров, но обычно выше и не залезали, особенно если надо быстро оглядеться и двигать дальше. А тут — все-равно возить, так можно глядеть не вылезая из-под брони. Вот так, мелкими шажками, практически экспромтом, мы и развивали свои вооружения.
Глава 38"
"Преимущественное использование небронированной и легкобронированной техники было следствием недостатка топлива для танков.
Поэтому до декабря танки старались двигать по-минимуму, обходясь диверсионными рейдами по лесам на плавающей технике. К декабрю ситуация начала выправляться. Напыление материалов на поверхности двигателей позволяло снизить потребность в топливе на 20–30 %. К тому же пошли первые более-менее промышленные объемы со сланцев и с торфа. Выгнать топливо из сланцевых песков было проще — нагревай да перегоняй.
Но там был большой объем работ по вскрытию месторождений и самой добыче — оказалось проще построить рядом с карьером завод по первичной выгонке углеводородов из песков, и уже эти продукты везти на заводы по глубокой переработке. Эти заводы, точнее — пока один — как раз был построен к декабрю. Все предыдущее время инженеры и химики отлаживали технологию перегонки, разделения фракций, расщепления тяжелых фракций на более мелкие.
