Их надо обучать прежде всего определению — где враг может пойти на местности, знать поражающие способности взрывных средств, составить план хода боя минно-взрывными средствами — где рванет сначала, что будет делать враг, где рвать потом, реакция врага и так далее."
"Группы разведки — для обеспечения передовых и боковых дозоров на марше, наблюдения за дальними подступами к месту проведения операции. В них должны входить люди, которые умеют скрытно перемещаться — и натаскивать их надо прежде всего на это.
Примерно такой план я и изложил командирам, которых собралось к началу июля уже более двадцати человек. И последовал закономерный вопрос:
— Это где же такому учат, товарищ полковник?
— Враг оказался коварным, поэтому будем тренироваться по методикам спецназа.
— Чего-чего? — было видно, что людям мои слова понравились, но для них все было пока слишком непривычно.
— Войск специального назначения.
— Это что за войска?
— А Вы не знаете?
— Никак нет.
— о! наконец-то начали говорить как люди!!!
— Значит, Вам и не положено было о них знать. — интересно, сколько еще раз это будет прокатывать? — Еще вопросы?
Вопросов было много. Сам-то я был не силен в этих делах — просто знал, что сейчас засадная и диверсионная тактика будет наиболее эффективна, а штыковые атаки в лоб — самоубийственны. Поэтому на вопросы я отвечать не стал, а сделал морду кирпичом и заставил отвечать на вопросы самих командиров, при этом попутно учился вместе со всеми, но несколько иначе — некоторый ореол всезнающего человека позволял мне как-бы находиться ""над обучающимися"" — я сам задавал вопросы и затем следил и корректировал их обсуждение.
Подобные диалоги выглядели примерно так:
— Ну хорошо — вы пошли по этой ложбинке. А если вот на этом холме пулемет? Они же срежут вас в бок.
— Да нет — не будет там пулемета.
— А почему?
— Это охранная часть, народу у них не так много, непосредственного контакта с нашими войсками нет, поэтому выдвигать огневые точки в поле им смысла нет — достаточно вести огонь с чердаков этих двух зданий — артиллерийского-то удара они не ждут.
— А если там будут какие-то спецгруппы, направленные на борьбу с партизанами?
— Это мы поймем — по повадкам. Как двигаются, прикрываются или нет строениями, выходят ли на открытое место или постоянно рядом с ямками и ложбинками. Тогда и действовать будем по-другому.
