Подозреваю, что я сделала это сама, лишь бы оставить себе крохотную надежду на то, что Молотов бы нас пощадил. Тогда мне очень сильно была нужна надежда. Когда нет веры, нужно хоть что-то, правда?
Заливаясь слезами, прикладываю к губам горлышко. Однозначно, Ютьюб не смог меня отвлечь. А значит, что? Значит, спать… Тянусь к телефону чтобы проверить время, но зачем-то открываю приложение для знакомств.
«Спокойной ночи. Много не пей».
Истерично смеюсь и, не глядя на время, строчу:
«Поздно».
А следом:
«И все же мужики – мудаки.
Нет. Мудищи. Ненавижу. Лучше бы мы почковались, правда».
На ответ я вообще не надеюсь. Это просто крик души в никуда. К тому же уже достаточно поздно. Особенно у него. Там же какие-то свои часовые пояса… О которых я, жуткая эгоистка, почему-то вспомнила лишь теперь. Но Клим отвечает:
«Деление – далеко не самая лучшая стратегия с точки зрения выживания вида. Залог процветания популяции – ее биологическое разнообразие. Мамины гены + папины = новый уникальный представитель».
«Вам в тюрьме лекции читают, или ты всегда был таким умным?»
«А ты всегда такая ехидна, или только когда напьешься?»
«Всегда.
Даже не сомневайся».
«Твой план не удался».
Я шмыгаю потекшим носом. Кажется, я вконец опьянела и теперь никак не могу сосредоточиться на разговоре.
«Какой план?»
«Меня спугнуть».
«И что это означает?»
«Что-что… Жги. У тебя еще остались какие-нибудь претензии?»
«К кому?» – продолжаю тупить.
«Видимо, ко всему мужскому племени».
«А тебе это зачем? Ты что – мазохист?»
«Вот уж нет.
Но узнав твои претензии к мужчинам, я смогу не повторить их ошибок».
От переписки меня отвлекает доносящийся снизу шум. Я кое-как слезаю с кровати. Пьяная в сопли, добираюсь до двери. Прислушиваюсь…
– Дай пройти. – Голос Молотова.
– Нет, Игорь. Не думаю, что Яське это сейчас нужно.
– Мы сами разберемся. Ты-то какого черта лезешь?
– На правах старшего брата. Знаешь, я-то как думал? Она взрослая, ты взрослый, жизнь – сложная штука, как-то да разберетесь. Но сегодня всплыли такие подробности, что я понял, как был неправ.
Яську от тебя, Игорь, спасать надо было.
– Уж чья бы корова мычала.
– А что я? Я, Игореш, баб на аборты не отправлял. Так что… Вали-ка ты подобру-поздорову.
– Ты гляди – как запел!
– Ага. Закончилась моя лояльность.
– Не боишься, что я тебя сживу со свету за такое?
– Интересный ты мужик. Сам не смог ее уберечь, и мне помешать пытаешься? Это и есть твоя любовь?
Молотов молчит. Следом его шаги слышу, и как хлопает дверь.
