– А как же? У тебя друзей много, партнеров. Приглашение на праздник – лишний повод выразить им свое уважение. Да и не так уж много летом в городе людей.
– Кажется, кто-то не стоял в пробке на кольце. Судя по трафику – все автомобилисты на месте. – Придирчиво рассматриваю овощную нарезку и, убрав выбивающуюся из общей композиции веточку кинзы, сую ее в рот.
Стол и правда ломится от снеди. Думаю, мама накрывает все эти поляны по привычке. Это тянется из их общего с отцом прошлого, когда мама еще пыталась понравиться казахстанской родне, для которой богатые застолья – норма и повод выказать гостям свое уважение.
Бешбармак, сирне, плов и мясо на мангале. Куча каких-то закусок, салатов… На этом фоне несколько видов сыра и хамон, который я привезла на закуску, просто теряются.
– Ой, жарко! Не знаю, как Адиль не растаял еще у костра, – меняет тему жена моего брата. Случилось то, чего и стоило ожидать – после той ночевки Адиля у меня они со Светкой опять помирились. Впрочем, это никого не удивило.
Кажется, ругаться-мириться – это выбранный ими стиль жизни.
– Русь, – бросаю в младшего племяша скомканной фольгой. Тот вынимает наушник. – Возьми в холодильнике баночку пива и отнеси отцу.
– Ой, ну что ты мне мужа спаиваешь? – тут же дергается Света.
– Сама ж говоришь – жарко мужику.
– Пусть выпьет компота.
– Сама-то ты чего-то Просекко пьешь, – замечаю я.
– И правда, Свет, – добавляет Валюха, – ты бы поменьше его пилила. Ну, выпьет он, и что?
– Приключения искать пойдет.
– Света начинает с остервенением шинковать капусту.
– Да где ж он их найдет в деревне?
– Ох, поверь, он где угодно их найти умудряется.
Нож летит в сторону. Света падает на табуретку, прикрывая лицо ладонями.
– Или тебе кажется, Свет, – тихо замечаю я. И дело ведь не в том, что я хочу как-то выгородить брата (он тот еще жук), а в том, что Света зачастую и впрямь беспокоится на пустом месте.
– Давай, его защищай. Твой-то где женатик?"
"Закатываю глаза. Вообще со Светкой у нас хорошие отношения.
И кусает она меня исключительно потому, что так ей легче справиться с действительностью. Нападая, она себя перестает чувствовать жертвой.
– А ее женатик развелся! – осаживает Свету Валюха. Вот кто никогда не даст меня в обиду. Пряча улыбку, начинаю раскладывать бумажные салфетки, подтыкая их под край тяжелых керамических тарелок. На улице ветрено, хоть и жарко. Иначе все разлетится.
– Так он что… Яся, нам ждать твоего Игоря? – нервничает мама.
