Над Канадой небо синее…

А тут еще стало известно, что Святослав окончательно стал царем Московским. Федор к жене, дескать, хватит нам по островам прыгать, пиши царю, чтобы возвращал нас в Выборг. «Маленькая княжна» сказала, что делать ей в Выборге нечего и писать она ничего не будет. Здесь их дом, только дочь забрать надо сюда. Федор ее словами последними обозвал, что дура, вместо этой дыры могла бы в столице блистать, и попытался ее ударить. В итоге оказался на полу, прижатым с завернутой рукой. После этого он из дому ушел, поселился в комендатуре крепости и запил.

И зачастил к нему бутлегер ла Марк. В пьяном безобразии разболтал Пройда ему почти все об электрогенераторах, которые князь сюда не дает. Хорошо еще, что капитан Головачев, узнав о запое Лисина, оборудовал его кабинет и спальню в комендатуре спецустройствами. Ла Марка взяли сразу на выходе, хорошенько потрясли, вскрыли бутлегерскую сеть и всю агентуру англичан на острове. Ну, а бывший комендант крепости уже два месяца живет напротив комендатуры.

Пройду лишили звания «гвардеец» и приговорили к десяти годам каторги, с отбытием наказания на Вилюйских рудниках в Сибири.

Вот тебе и близость к князю. На Настасью Гавриловну смотреть страшно. Осунулась, похудела. Святослав и Татьяна уговорили ее с ними пойти, сначала по островам, а потом в Выборг, но с должности не сняли, просто в отпуск и на лечение отправили.

Все пересели ко мне на крейсер. Ледокол, а это именно ледокол, получил в качестве порта приписки Нововыборг и вошел в состав Атлантического флота.

Кроме него в Нововыборге будет базироваться фрегат, сделанный по усиленному ледовому классу. Осенью второй такой же ледокол займется проводкой наших судов и кораблей на Балтике и в Датских проливах. Датчан в известность не поставили, проливы прошли ночью, разрушив при этом ледовую переправу через Лангебельт. Поставлена задача увеличить поставки крицы в этом году втрое. В Европе бум: все хотят ездить по железной дороге, и металла требуется много, очень много.

– Ты четвертый и шестой контейнер погрузил? – спросил князь перед отплытием из Нововыборга.

– Как можно, княже?

– Ой, еще как! Ладно, отходим, сам себе хуже сделаешь.

Этот самый ледокол приволок какие-то контейнеры на кормовой палубе. Номера были сложные, но мы разобрались, какие грузить. Контейнеры, как их называли, были большими, пришлось их в трюмы класть, так как на палубе мешали. Князь и княгиня больше Анастасией Гавриловной занимались, ну и князь по заводу много ходил.