Над Канадой небо синее…

Борис Иванович Морозов, которого я послал на переговоры, на них не успел. Василий Шереметев, почему-то оставшийся без связи, сплоховал, и по настоянию четырех сторон переговоров против одной договор был подписан. Борис Иванович сгоряча даже плеткой отходил Шереметева, но было поздно. Кстати, ни один из королей лично на этих переговорах не присутствовал. Все очень торопились, и было ясно видно, что предстоит большая работа в Вене и Испании, чтобы окончательно не испортить отношения. Между Испанией и Францией было подписано мирное соглашение и прекращена Тридцатилетняя война.

Почти гарантированно готовился союз против России и Выборга. Так что затягивать с решением вопроса по Швеции не стоило.

Позже стало известно, что до Филиппа дошли слухи о золоте в Перу, и он понял, что с ним просто играли, как с котенком, но изменить уже ничего не мог. Стрешнев в Перу сидит прочно, и в случае чего они с Андреем могли покончить с заморскими колониями Испании так же быстро, как с Польшей. Поэтому я не стал уклоняться от празднования победы в Стокгольме, и мы с Татьяной, Александром и Русей посетили все мероприятия, посвященные победам «шведского оружия».

Было немного смешно это слушать, так как я четыре года готовил этот «блицкриг». Победу обеспечили двенадцать бронекатеров и более шестисот парусно-моторных ладей и громадное количество барж, с помощью которых войска Швеции, России и Выборга быстро доставляли к местам будущих боев. Пешая армия Яна просто не успевала подтянуться, была разбита на маршах и на неправильно организованных бивуаках. Конница попыталась что-то предпринять, но что она может сделать против картечи и шрапнели? Артиллерия выбивала ее задолго до того, как та могла дотянуться до пехоты. Гвардейцы перемещались еще быстрее, и их доля в победе была решающей. Но больше всего наград и премий получили впервые примененные казацкие дивизии. Немного аванс, конечно, но требовалось отметить людей, которые четыре года терпеливо готовили вместе со мной этот поход.

Зато через дипломатические каналы уже знакомого Пиментеля удалось переправить письма во Францию Мазарини и Людовику и в Испанию первому министру герцогу Альба, где я подробно описал, что притеснений для католиков не будет, во всяком случае на моей территории.

Общие для всех правила. Не знаю, подействовало или нет, но послов ни Франция, ни Испания не отозвали. И приняли приглашение на открытие пути из варяг в греки на будущий год. С поездкой по рекам и каналам до Крыма. Правда, кто приедет, еще не решено.