- Не ты ли вчера говорила, что она сама должна решить, оставаться с мужем или разводиться, поэтому не нужно лезть сестре в душу?
- А разве я предлагаю уговаривать или запрещать? Просто дать ей возможность отдохнуть и обдумать всё, когда Валерий не маячит за спиной.
- Вообще-то это демагогия, но ладно. Что нужно от меня?
- Ты же собирался пробыть здесь ещё пару недель? – получив утвердительный кивок, Лариса продолжила. – Она не согласится оставить на меня Марту так надолго. Мне не в тягость, но у Иры свои заморочки.
Поэтому я прошу подтвердить, что за девочкой мы пока присмотрим вдвоем.
Молчание длилось около минуты, в течение которой Лариса почувствовала, что ещё чуть-чуть и покраснеет, как школьница. Слишком уж испытывающим был взгляд.
- Почему ты думаешь, что нам двоим она Марту оставит? У меня особого опыта в общении с детьми нет.
- Вот и наберешься. Можно я буду честной? Ира с чего-то вбила себе в голову, что наше расставание было ошибкой, которую можно исправить. А что помогает лучше, чем преодоление общих трудностей? Так что она, конечно, поноет и будет переживать, но согласится.
Поверь, я хорошо её знаю.
- А потом мы дружно пожмем плечами и скажем, что ничего не получилось? – улыбка стала чуть шире. Ещё пара миллиметров, и её можно будет назвать издевательской.
- Ну да, есть какие-то возражения?
Чернышов снова задумался, и теперь Лариса почувствовала смутное беспокойство. В том, что он согласится, она не сомневалась. Пусть между их городами больше тысячи километров, но сестру Сашка любит.
Пусть и несколько странной любовью, но тем не менее.
Вот только им же действительно придется постоянно общаться, Марта не упустит возможности побыть с дядей. Ей его очень не хватает, и девочка этого и не скрывает. И все же Лариса готова была терпеть неудобства, чтобы дать Ире этот шанс. Не потому что так хотела видеть подругу разведенной. В этом так же мало радости, как и в том, чтобы жить с изменником. И в здравомыслии Иришки она была уверена, но все же помнила, что вода камень точит.
Последние дни Лара замечала в её глазах тоску. Беспросветную и глухую, от которой выть хочется. На протяжении нескольких лет Ира медленно и верно менялась. Раньше она была не просто хохотушкой – от неё внутренний свет исходил. Постепенно он стал гаснуть. Может, его уже и совсем не осталось. Но смотреть дальше, как медленно, но верно подруга превращается в тень себя самой, Лариса больше не могла.
- Хорошо, я помогу тебе. Но с двумя условиями. – Лара насторожилась.
