Он мечтает о том, чтобы раны загноились и чтобы он умер, но они призывают доктора для спасения его жалкой жизни – чтобы он мог выдать им тайники с оружием. Ненависть. Он постоянно вспоминает о матери, молившей сохранить ее дом, вспоминает о своих сестрах, умирающих на улице от голода, и о своем брате, забитом палками до смерти. Он думает обо всех других ирландцах, заключенных в британские goals за государственные преступления против правительства, которое они, ирландцы, не признавали. Он думает обо всем этом, и ненависть словно превращается в огненный шар у него в груди.
Он потерял счет дням. Ему начали слышаться голоса. Мускулистое тело, благодаря которому он стал чемпионом боксерских поединков в пабах, превратилось в костлявый остов. Но он все еще не сломлен.
В какой-то из дней они доставили его к начальнику тюрьмы. Начальник некоторое время молча смотрел на него, потом повернулся к камину и вытащил из огня железный прут, с усмешкой взглянул на Конора и проговорил:
– Сейчас мы с вами побеседуем.
И я уверен, вам будет, что мне рассказать. – Тюремщик все ближе подносил к нему раскаленный прут.
Не отводя глаз от прута, Конор прошептал:
– Да, верно, мне нужно кое-что сказать.
– Нужно? – Тюремщик понимающе кивнул. – Я так и думал.
Тут Конор плюнул, и его плевок угодил прямо в щеку начальника тюрьмы.
– Вот и весь наш разговор, гребаный британский ублюдок! Так что не трать зря время. Убей меня прямо сейчас.
Тюремщик стер со щеки плевок, затем подул на раскаленный кончик прута, и тот из оранжевого превратился в белый.
Медленно покачав головой, он сказал:
– Нет, Пэдди, мы вовсе не собираемся убивать тебя. Мы просто собираемся сделать так, чтобы ты пожалел, что не умер.
Глава 25
Девочки были ужасно возбуждены, и их долго не удавалось уложить в постель. Во время обратной поездки домой, за ужином и за игрой в шашки они болтали без умолку и очень радовались тому, что все сложилось так чудесно, что мистер Конор и мама поженились. Конор же терпеливо сносил их внимание и не проявлял ни малейших признаков раздражения.
Однако Оливия заметила: всякий раз, когда девочки заводили разговор о том, что он останется тут «навсегда», Конор поджимал губы и хмурился.
В конце концов, Оливия все же уложила их в постель, и они, слава Богу, уснули почти сразу. Когда она вернулась вниз, Конор все еще сидел в библиотеке. Подняв голову от книги, которую держал в руках, он спросил:
– Девочки уснули?
– Да, к счастью. А я уже думала, они никогда не уснут.
