Дождь уже шел накануне, и дорогу развезло. Она, конечно, сможет добраться до города, но если сейчас снова разразится буря, то Келли вряд ли сумеет доставить ее домой.
Возможно, она напрасно едет в город. В прошлую поездку Стэн сказал ей, что она больше не сможет покупать в его лавке в кредит. И теперь Оливия не знала, стоит ли снова просить его об этом.
Уставившись на ухабистую извилистую дорогу, Оливия тяжело вздохнула. После войны жизнь и так была тяжелой, а теперь стало еще тяжелее, потому что прошлым летом умер Нейт.
Он был стар и часто болел, но для своего возраста был довольно крепок, ловко обращался с молотком и всегда помогал Оливии убирать урожай.
Ей нужно было растить трех дочерей, ухаживать за свиньями и курами, собрать урожай персиков в сентябре – но как одной управиться со всеми делами? До смерти Нейта Оливия даже не думала о том, что настолько зависела от старого фермера. Как же она теперь будет заботиться о своих девочках, если не удастся продать урожай персиков? Может, не следовало брать их к себе, когда их родители умерли? Да, возможно, не следовало.
Возможно, им было бы лучше в приюте.
Оливия снова вздохнула. Ей было двадцать девять лет, но временами ей казалось, что гораздо больше.
– Господи, – пробормотала она, – пошли мне помощь.
Как бы в ответ на ее просьбу дождь усилился, и Оливия пробормотала:
– Что ж, все ясно, помощи не будет…
А она ведь не так уж много просит. Просто одного мужчину-помощника, мужчину, который не боится тяжелой работы и не ждет платы за нее.
Оливия слегка натянула поводья, чтобы Келли замедлил шаг на крутом повороте дороги. Фургон миновал поворот, и тут она заметила, что что-то лежит прямо у нее на пути, всего в нескольких метрах. Оливия резко дернула поводья, заставляя мула остановиться, и тотчас же поняла, что на дороге, прямо в грязи, лежит какой-то мужчина.
Может, ей лучше повернуть домой? Теперь, после войны, по дорогам бродило много подозрительных типов. Оливия не знала, на что решиться.
Этот мужчина не казался опасным, но все же…
Еще немного помедлив, Оливия слезла с козел и, подобрав свою поношенную коричневую юбку, осторожно приблизилась к незнакомцу. Трудно было сказать, что это за человек, однако Оливия понимала, что он не из окрестностей Каллерсвилла. Его темные волосы были заляпаны грязью. А лицо – с тонкими чертами, чисто выбритое, но сильно распухло и все в кровоподтеках. Одежда на нем была рваная и тоже в грязи.
