– А я думаю; что ты – гадкая и противная!
Оливия почувствовала, что теряет терпение.
– Я этого не заслужила, Ребекка Энн, – резко ответила она – Оставим спор на эту тему. Ты пока не будешь никуда ходить с Джеремайей. Я намерена обсудить ситуацию с Лайлой и убедиться, что подобное больше не повторится.
– Что? – Совершенно обескураженная, Бекки уставилась на Оливию. – Ты не можешь так поступить. Это унизит меня. Джеремайя никогда больше со мной не заговорит.
– При данных обстоятельствах я нахожу это хорошим выходом.
Девушка тихо застонала.
– Как ты можешь так со мной поступать? Я тебя ненавижу. – Всхлипывая, она выбежала из кухни и с грохотом захлопнула за собой дверь.
Оливия же в очередной раз вздохнула.
– Быть матерью – это иногда ужасно утомительно, – пробормотала она.
Когда Конор открыл дверь и заглянул в кухню, Оливия стояла у стойки. В одной руке она держала миску, в другой – ложку и что-то размешивала в миске. На Конора она даже не подняла глаза.
– Всё в порядке? – спросил он.
– Понятия не имею, о чем вы.
– Оливия поставила миску на стойку и потянулась за банкой с мукой.
– Судя по тому, как Бекки вылетела отсюда… Ох, я подумал, что снова началась война. И я послал за ней девочек, чтобы убедиться, что она не натворит глупостей. Например, не сбежит из дома.
Оливия промолчала. Конор переступил порог и вошел в кухню. Поставив ведро со сладким картофелем на коврик, он закрыл дверь и, прислонившись к ней спиной, внимательно посмотрел на Оливию. Такой сердитой он не видел ее с тех пор, как она узнала, что он – профессиональный боксер.
– Так чем же провинилась бедняжка Бекки? – спросил он.
Оливия поставила банку с мукой на место. Не глядя на Конора, ответила:
– Думаю, Кэрри вам уже все рассказала.
– Да, все захватывающие подробности.
Она возмущенно воскликнула:
– Очень рада! Рада, что вам это кажется захватывающим. Уверяю вас, если бы у вас были собственные дети, они доставляли бы вам множество неприятностей.
Конор ухмыльнулся.
– Да, понимаю. Подобные ситуации – это проклятие всех матерей.
Но что же вы теперь собираетесь делать?
– Собираюсь сделать так, чтобы это не повторилось, – решительно заявила Оливия. – Я хочу поговорить с мамой мальчика.
– Что? – Конор недоверчиво покачал головой. – Поговорить с его матерью? Но ведь парнишка окажется в очень затруднительной ситуации. Поговорите с ним, если считаете нужным, но оставьте его мать в покое.
– Пусть окажется в затруднительной ситуации. – Оливия вспыхнула. – Ему должно быть стыдно.
