Хорошо развитые мышцы плечевого пояса, как у кузнеца, плоский живот с кубиками пресса, косые мышцы живота на боку бугрились грубым рубцом. «Ножевое ранение, задело по касательной, шраму месяца три-четыре», — автоматически отметила я, чувствуя себя на редкость глупо.
— Наденька? — он повернулся ко мне, засунув руки в карманы свободных домашних брюк и удивлённо приподняв брови в ответ на моё нескромное разглядывание. — Не решился тебя будить. Возможно, ты голодна?
— Нет, я пойду, пожалуй, в свою опочивальню! — натужно просипела я и попятилась из комнаты.
Фух! Я прислонилась спиной к двери и негромко рассмеялась — амантой стать решила. Ага! Не в нашем случае…
Глава 28. Светский визит
Глава 28. Светский визит
Утром я выползла из своей комнаты на аромат жарящихся оладий и сваренного кофия. Завтрак полагалось подавать там же, в некоем подобии кухни. Я ещё в прошлый свой визит в квартиру Дмитрия обратила внимание на интересный холодный ларь и печь, дающую малый жар.
Вкушать пищу полагалось, восседая на высоких и даже на вид неудобных стульях, а в качестве стола служила широкая каменная доска. Я с улыбкой поприветствовала молодого человека, стараясь, чтобы на моём лице отображалась только радость от возможности его лицезреть, но никак не удивление от нелепой обстановки."
"Тихо щёлкнул, выключившись, маленький самовар, на импровизированном столе уже находилась вазочка с вареньем, плошки с мёдом и сметаной, а также большое блюдо с румяными оладьями.
От всего этого богатства у меня предвкушающе заворчало в животе, но я, соблюдая правила приличия, равнодушно и изящно расправила салфетку на своих коленях, проклиная правила приличия, прямо указывающие на то, что чрезмерный аппетит у дам есть не что иное, как признак внутреннего плебейства и дурновкусия. Дима же, как заправской буфетчик, перебросил салфетку через локоть и поинтересовался:
— Доброе утро! Будешь пить чай или кофе?
Я, помявшись в нерешительности и надеясь на то, что Дима крайне либерален, всё же призналась:
— Кофия отопью, пожалуй! Конечно, не совсем дамский напиток, но больно уж мне по душе пришёлся за время моего обучения в Москве.
Дмитрий молча кивнул и ловко подставил чашку под массивный аппарат, откуда тонкой струйкой побежал ароматный напиток, после чего начал вежливый разговор о моём самочувствии, который я охотно поддержала, не усматривая в том ничего недостойного.
