Начавшийся учебный год позволил мне полностью погрузиться в учёбу, я загружала себя дополнительными заданиями, в буквальном смысле этого слова проводя всё своё свободное время в библиотеке и слывя среди ребят моей группы заучкой и зазнайкой, что конечно же, меня ничуть не тревожило…
Вот и сейчас я рассеянно брела по улице в сторону дома и смотрела на облетающую листву, думая о том, что прошёл ровно один год с того момента, когда я впервые увидела Дмитрия. Тогда также, как и сейчас, была ранняя осень, и небо призывно голубело, намекая, что лето ещё где-то близко, но лужи на дорожках аллей и ощущающаяся промозглость раннего утра не оставляли сомнений — осень вошла в свои права.
— Надя! Наденька! — услышала я позади родной и такой знакомый голос, помедлила мгновение, не веря себе, и наконец, повернулась, обернувшись в такой родной, такой любимый запах, закутавшись в него, как в одеяло, утонув в невероятном взгляде серых глаз.
— Я так ждала тебя! — тихо прошептала я, не зная, что что ещё ответить, и сглотнула подступивший к горлу ком.
— Я только очень надеялась на то, что надежда тебя не покинет…
Эпилог. Всё будет хорошо. Или нет
— Олег Витальевич, вы просили напомнить, что завтра состоится встреча акционеров, к которой вы должны подготовиться, — раздался в телефонной трубке прохладный голос секретаря, заставивший молодого человека поморщиться и пробурчать что-то вроде того, что до завтра целая куча времени, а пока он выражает душевную просьбу всяческими глупостями его не донимать.
Секретарь сочла, что сделала максимум из того, что могла, сухо попрощалась и положила трубку. Это была весьма опытный секретарь, она начинала свою трудовую деятельность в компании ещё в бытность главой компании отца Олега. И потому могла иногда выразить своё мнение по тому или иному вопросу. Но общаться с Олегом становилось в последнее время всё сложнее. Если быть откровенной, то он всегда был не подарком, но после того, как он расстался со своей случайной подружкой, совсем озверел и характер у молодого человека окончательно испортился, не сказать бы хуже.
Впрочем, секретарь считала себя интеллигентной женщиной и то самое «похуже» произнести не могла, но не мешала другим сотрудникам склонять имя босса в приватных беседах.
Она знала только то, что шеф даже детективов нанял для того, чтобы те нашли сведения о девушке, с которой тот расстался.
