Я начал с нейтрального… с ерунды какой-то, даже не заметил, что именно сказал. К моему удивлению, Надя довольно охотно поддержала беседу, рассказывая о себе, своей семье, в том числе о двух младших братьях Михаиле и Антоне, и даже о своей кузине Дарье. Долли — так, на французский манер, Надя её называла. Я делал вид, будто слышу эти имена впервые, и вполне натурально удивлялся в нужных местах. Дело в том, что мой интерес к Надежде не закончился выяснением подробностей теракта, произошедшего на вокзале сто пятьдесят лет тому назад.
Конечно, я копнул глубже, желая разузнать всё о самой Наденьке и её семье. Не могу сказать, что особо в том преуспел, слишком мало было информации. Так, крохи. Но всё же, кое-что мне удалось разузнать."
"К примеру, что кузина Наденьки, красавица Долли Шаховская, о которой с такой теплотой вспоминала Надя, действительно была супругой Иркутского губернатора, князя Николая Шаховского, но их брак не продлился долго. В официальной хронике упоминается, что она погибла в результате несчастного случая, запнувшись обо что-то и упамши ночью в фонтан, но из личной переписки супруги иркутского купца первой гильдии Масленникова, сообщались скабрезные подробности — мол, не от большой любви первая красавица Москвы решила выйти за наследника старинного рода.
Была у неё до свадьбы любовь, но… то ли что-то не сложилось, то ли возлюбленный оказался морально не крепок… сейчас не узнаешь. Поговаривали даже, что в фонтан Дарья бросилась сама, не в силах пережить постылого мужа.
Как бы то ни было, супруг, князь Николай, Долли любил безумно и долгие годы сохранял траур по ней. Революцию и смену режима, слава Богу, уже не застал, но род Шаховских сохранился и существует и по сей день. Очевидно, что потомки княжьей крови оказались не дураками и благородство своё засунули куда подальше, потому и сумели пережить все репрессии, тихонько живя в провинции и забыв про кучу благородных предков за спиной.
Что же касается семьи самой Наденьки, то смерть старшей дочери сильно подкосила здоровье её родителей, и мать, судя по всему, так и не оправилась, поскольку вскоре у неё обнаружили некое заболевание, которое весьма обтекаемо обозвали «лёгочным недугом», и возили на все возможные курорты, начиная от Кисловодска и заканчивая Баден-Баденом. Правда, это не слишком помогло, и через пять лет матери не стало.
