Предложить ей своё? А что? Не сомневаюсь в том, что скоро меня снова отправят в командировку на пару месяцев на западные рубежи нашей необъятной Родины. А там риск оказаться в «цинке» всегда был. А сейчас тем более, исходя из общей директивы «продвигаться вперёд, не считаясь с потерями». Думаю, что сумею уговорить Надю быть со мной, находясь в ладанке. Только вот согласится ли она с моим телом в качестве постоянного пристанища? Очень вряд ли, да и потом — о том, как заменить душу в умершем человеке, я не имел ни малейшего понятия.
Я приоткрыл глаза, уставился в темноту и в сердцах ругнулся: в опросных листах чернокнижника Сухаревой башни, Якова Брюса, ничего не было сказано о том, как вселить в тело человека чью-то душу. Очевидно, что чернокнижник уже наговорил себе на четвертование одним только обрядом единения души с оберегом, и дознаватели Тайной Канцелярии сочли за труд выяснить что-то ещё. Оно и верно — признания в действиях злокозненных, супротив человека направленных, имеется? А то как же! На дыбе, чай, спрашиваемый был, а на ней молчунов не водится, если ты, конечно, не монах Савонаролла.
Я в очередной раз вздохнул и решил, что нечего сожалеть о том, что нельзя изменить. Зато можно подумать о том, что нам доступно. К примеру, отвадить от больницы этих сумасшедших уфологов, вцепившихся в Надю, как блохи в особо любимую дворовую собаку. Конечно, Наденьке интересен «большой мир» за пределами больничного сада, но сколько она тут выдержит? Судя по всему, не так долго, ей по-прежнему хочется чувствовать себя нужной и помогать людям.
Впрочем, и тут у меня есть кое-какая идея. Но мне понадобится помощь Надежды, думаю, что она мне не откажет… с этой мыслью я наконец-то уснул.
Глава 21. План спасения
Глава 21. План спасения
*** Надежда
Дима что-то упоминал о том, что он придумал способ, который поможет мне вернуться в больницу без опасений за свою жизнь (как бы смешно последнее не звучало). Нет, я ему, конечно же, верю. Только что-то подсказывает мне, что способ этот мне не совсем понравится.
А, если уж честно, то наверняка совсем не понравится. Впрочем, выбирать не приходится. И я храбро кивнула, соглашаясь с тем, что согласна подписаться под любой его план. Мельком подумав о том, что стала безотказной, как клизма у нашей санитарки из терапии, Клавдии Ивановны.
Операция была назначена на вечер, и я весь день чувствовала себя, как на иголках, суетливо бродя из угла в угол, словно медведь-шатун.
