Но Леночка, как ожидалось, и ухом не повела, загадочно улыбаясь своим мыслям и со всяческой приязнью посматривая на неподвижное лицо Сюзанны.
— Задумывалась ли ты когда-нибудь, Надя, что жизнь человеческая, по сути, так хрупка и скоротечна? — расслабленно прислонившись к кровати, где мирно пищала аппаратура кардиомониторинга и шумел ИВЛ, нагнетающий кислород в лёгкие, поинтересовалась Леночка. — И её так легко оборвать… даже обидно немного, не правда ли? Ты проявила себя настоящим героем с тем гастарбайтером, он, поди, и не знает, кого благодарить за спасение своей жизни.
Так неужели ты оставишь на произвол судьбы вот эту милую девушку? Ты посмотри, какая она славная! Видела её парня? Симпатичный, правда? Вот интересно, он расстроится, если его девушка умрёт? А всё из-за тебя, Надюша.
Я всхлипнула и отрицательно покачала головой, прекрасно понимая, что Леночку совершенно точно не интересуют мои ответы. Хотя, я не берусь утверждать, что она могла бы услышать хоть что-то из них и вообще слушать кого-то, кроме, быть может… Точно! Павел Иванович! Я однажды смогла до него докричаться, так почему бы не сделать этого сейчас? Я проскользну сквозь стену и побегу на его поиски, он должен, просто обязан прийти на помощь и устранить опасность в виде своей бывшей дамы сердца.
Во мне шевельнулось глухое раздражение к нашему врачу, который регулярно заводит необременительные отношения в коллективе, которые не раз приводили к конфликтам. Хотя, нет, оставлять эту сумасшедшую наедине с Сюзанной я бы не рискнула.
Немного отойдя от первого приступа паники, я стала соображать быстрее — каким образом Леночка планирует вырубить электричество во всём здании? Сделать это не так просто, для этого, как минимум, нужно спуститься в подвал, а не стоять рядом со мной, радостно скаля зубы. И потом — в аппаратах мониторинга, которые отслеживают состояние Сюзанны, имеются внутренние предохранители, я знала это совершенно точно. Как раз на подобные случаи, когда происходит экстренное отключение электричества, и пусть недолго, но они смогут поддержать работу лёгких, сердца и, главное, не дадут погибнуть клеткам мозга.
Наверняка, медсестра ничего не знает об этом, и тогда у Сюзанны появляется шанс на то, чтобы выжить. Не станет же эта сумасшедшая больную подушкой душить только для того, чтобы показать мою несостоятельность, как медицинского работника? Из моей груди вырвался нервный смешок, а мысли лихорадочно метались и сталкивались в голове.
