Николь, нагнувшись ко мне, поцеловал в щечку и прошептал:
— Смелее, моя зеленоглазая ведьмочка! Они не стоят и мизинца твоего!
Николь ушел, оставив меня в этом цветнике. Мне пришлось больше часа просидеть на скамеечке подле королевы и беседовать с фрейлинами.
Краем глаза видела, как Антая де Сан-Увар постепенно шаг за шагом подбирается ко мне, подходя все ближе и ближе. Наконец она достигла своей цели, придвинувшись ко мне почти вплотную. В этот момент я поняла, что настал тот час. Или пан, или пропал.
«Вот же дура!», — мысленно простонала я, собираясь духом.
— Я хорошо знакома с вашим мужем. Мы ведь оба родились в Саркоте. Мы были с ним очень близки.
Я сделал удивленные глаза и невинно поинтересовалась:
— Значит, вы знали друг друга с самого детства? Простите, если обижу вас, но вы тоже незаконнорожденная?
Молочно-белая кожа мачехи Надэи покрылась пунцовыми пятнами, а бледно-серые глаза вспыхнули яростью.
Так тебе, змея подколодная! Я уже не та наивная иномирная душа, многому за эти годы научилась.
Особенно ставить таких выскочек на место.
— Я⁈ — задахнулась она в возмущении. — Незаконнорожденная⁈
Фрейлины, явно не любившие эту самодовольную дуру, дружно захихикали, прикрывая рот ладошкой или платочком.
«Хм… а вот и еще один источник дохода! Как же я до этого не додумалась⁈».
Мои глаза вопросительно расширились, но не из-за произнесенного мачехой вопроса, а из-за мысленного диалога с самой собой. Ну точно! Я ведь еще ни разу ни у одной знатной дамы не видела в руках веера!
В голове тут же пронеслись видения, когда женщины обмахивались новинкой этого мира.
Кружевные веера, тканевые, бумажные, более сотни вариантов и расцветок! Но пришлось вернуться в реальность, ведь ненавистная мне женщина так и стояла напротив в ожидании моей реакции. Не дождавшись, она как исследовало того ожидать, бросилась в словесную атаку:
— Объясните, почему вы решили, что я незаконнорожденная⁈
Голос мачехи прозвучал резко, надрывисто, почти срываясь в крик.
«Так тебе и надо, тварь!» — ехидно прокомментировала внутри себя, а сама невинным взглядом уставилась на ненавистное мне лицо.
— Но ведь ни один уважающий себя аристократ не позволит своей дочери играть с бастардом! — недоуменно проговорила я. — И поскольку вы знали моего мужа и его статус, то осмелилась предположить, что и вы родились вне брака. Разве я ошиблась в своих суждениях?
— Вы ошиблись, мадам! Я — Антая де Сан-Увар.
