Дальнейший разговор взрослых затрагивал многие аспекты нашей будущей семейной жизни. Я предпочитала отмалчиваться, понимая, что многое не ведаю из того, что должна была знать в силу своего происхождения. Но чего нет, того нет. Хотя его высочество кажется задался целью успокоить мою матушку и меня за одно.
- Главный дворец не принадлежит мне безраздельно. Мы будем жить в моих апартаментах, как и множество других родственников и приближённых короля. Но обещаю, что сразу после свадьбы я постою отдельный дворец по ту сторону пролива, где мы станем полноценной семьей.
Я была счастлива услышать такие слова. Что уж говорить, не привыкла я к дворцовой жизни и вряд ли привыкну. Вся моя сущность стремиться к природе, а не к каменным джунглям."
"- Королевский дворец с его садами очень красив, но мне бы хотелось жить в своём доме, - осмелилась высказать своё мнение. - Меня не прельщают блеск и интриги дворцовой жизни. Я была бы счастлива жить в дали от городской суеты.
- Вот как?
- Да.
Моё счастье в семье и уютном доме.
- Ну, раз так, то я просто обязан поспешить к его величеству.
И он действительно поспешил, хотя всем и так было понятно, что король вряд ли будет против такого неравного брака. Наследник у него имеется, ему скоро исполнится десять лет, а от своего двоюродного брата он не ждал предательства.
Уже на следующее утро нас пригласили во дворец на приём к его величеству. Амир Второй с большим удовольствием дал своё монаршее благословение на наш брак.
Было видно, что он рад такому стечению обстоятельств, ведь чем больше родственников, тем сильнее род.
К тому же не стоит забывать, что я хоть и нищая по столичным меркам девушка, но достаточно сильная одарённая. Если обычному юраккешцу моя сила вряд ли бы была нужна в семейной жизни, то для монаршей семьи я была выгодным приобретением.
Её величество тоже пожелали познакомиться с той, кто вскоре станет для неё младшей родственницей. Я впервые за столько месяцев, проведённых в столице, увидела эту набожную и благочестивую женщину, которая всю свою жизнь посвятила молитвам и благотворительности.
Она в полной тишине тревожно вглядывалась в меня минут пять своими тёмными глазами, что так сильно контрастировали с бледной кожей лица. Я уже было начала нервничать, как она неожиданно улыбнулась и по-матерински похлопала по моей руке.
- Хасиб - счастливец, дождался своего счастья, - тихо посмеялась она. - Ты хорошая девочка, я это вижу.
