- С кем это вы здесь бесстыдно обнимаетесь, Надэя? Не забывайте о приличиях, все же вскоре вы станете моей женой! Я не потерплю вольностей!
Данар был явно ошеломлен. Ревность Эйфара вышла из берегов и отравляла все живое в радиусе пяти метров. Я призадумалась над увиденным. Не так-то и прост этот стражник, как казался на первый взгляд. Нас хоть и окружает пустыня, но и на ней растут хилые кустики и колючки. А после всплеска эмоций моего якобы жениха, даже эти чахлые кустики вмиг превратились в труху.
- Кто это?! – возмущенно спросил у меня братец, на что я лишь пожала плечами.
- Это – дурак, возомнивший меня своим женихом. Надеюсь, слово дурак тебе не нужно опять пояснять?"
"Да, было дело, когда я по несколько раз на дню обзывала Данара дураком. Это слово было новым и незнакомым для этого мира, чем я и пользовалась без зазрения совести. Увы и ах, но однажды мне пришлось объяснить слишком любопытной служанке значение этого слова, а то она, копируя меня, принялась вставлять его не к месту.
Ох и крику потом было! Оказывается, наш разговор подслушивали слишком любопытные уши.
Братец, услышав пояснение, зверствовал с неделю, не давая мне продыху, но в конце концов смирился, ведь он действительно не блистал умом в точных науках.
- Мое имя Данар Юсуф ибн Сахиб, - обратился братец к «банному листу».
По его виду я поняла, что он с трудом сдерживает вырывавшийся наружу смех.
- Так вы ее брат! Ну конечно, мне следовало догадаться! – гримаса злобы пропала с лица Эйфара.
Мне же оставалось лишь заскрипеть зубами.
Буркнув «дурак, что с него взять», поспешила обратно к матушке. Слава богу, молодые люди не стали продолжать знакомство, стоя на одном месте, и последовали следом за мной.
- Я весьма признателен вам, тан Гоар, что вы взяли на себя смелось и сопроводили мою мать и сестру. Но теперь я здесь и со мной лучшие войны поместья. Так что вы, сосед, сможете спокойно возвращаться домой. Я слышал о скорби в вашем доме. Соболезную. Прошу прощения, но я вижу, что моя мать уже здесь. Поторопись, Надэя!
Братец дождался, когда я пришпорю коня и пустился вслед за мной, оставляя позади себя опешившего столь радушным приемом соседа.
Обернувшись, заметила, как в нем вновь закипала злость.
Что ж, так тебе и надо! Братец сам того не осознавая сбил с него спесь. Разговаривал с ним не как с равным, а как со слугой.
Данар приблизился к карете и быстро спешился со своего коня.
- Мама! – бросился он в объятия немолодой, уставшей от утомительной дороги женщине.
