Да и то, что их свидание превратилось в чёрти что, видимо, тоже не напрягало. Другая, может быть, и распищалась, что он ей вечер испортил.
«Нет, не свидание, - тут же поправил он сам себя. – Они не встречаются и на свидания не ходят».
«Да, ну? А чем же вы тогда занимаетесь?» - подхватил внутренний голос.
«Мы трахаемся, просто трахаемся», - уточнил специально для себя Крис.
И тут же услышал в ответ очередное: «Да, ну-у-у?»
В тёмных глазах Сони сейчас можно было утонуть, и он бы с большим удовольствием нырнул в них поглубже.
И это почему-то его разозлило ещё больше.
Привязанность? Да, привязанность, которую он начал к ней испытывать, совсем его не радовала. Какая к херам привязанность? Он сам по себе. Она сама по себе. Так обоим будет лучше.
- Я не знаю, о ком он, но разве это важно? – наконец, ответил Крис на её вопрос. – Видишь, ничего хорошего отношения не приносят? Эмма, Бекка, Диана, Клара… как хочешь, блять, назови, итог один. Отношения заканчиваются по чьей-то инициативе, и для второго начинается чёрная полоса.
Кто-то проходит семь кругов ада, падает в яму, пускается во все тяжкие, что, конечно, служит чудесным оправданием собственной невоздержанности. Как приятно прикрываться страданиями. А дальше что? Ремиссия до новых отношений?
- Девять, - подала тихий голос Соня.
- Что?"
"- Кругов ада девять. Восьмой - для обманщиков, девятый – для предателей.
- Давай эти два оставим для опрокинувшей отношения половины? – скрипнул Крис зубами, а затем с ледяным спокойствием, которое внезапно напугало Соню, добавил: - Вот поэтому мне и не нужны никакие личные привязанности.
Я не верю в любовь, в далеко идущие и постоянные отношения. Мне не хотелось бы, что бы у тебя были какие-то ложные ожидания, Соня. Оглянись на заднее сиденье, там точно распластался продукт любви и привязанности, который задался целью угробить носителя данного тела.
Крис до конца не понимал, зачем говорит ей всё это. Может быть, чтобы она сняла свои розовые очки, чтобы никаких иллюзий насчёт него у Сони не оставалось.
Сегодня он снова коснулся той грязи, с которой уже давно не соприкасался. Да, вечеринки могли быть разной степени необузданности. От громких, но относительно приличных, до разгульных, полных похоти и разврата.
Когда-то он попробовал всё. Попробовал, чтобы никогда больше к этому не возвращаться. Так на свет появился Крис-циник. И это до недавней поры полностью его устраивало.
