– Доктор сказал, что вес набирать буду во втором триместре, а это… это всё из-за токсикоза. Но мне уже легче.
Ей совсем не хотелось волновать мать, но та всё равно переживала. Да Соня и сама понимала, что одинокая беременная восемнадцатилетняя дочь – это не то, о чём мечтают матери.
Она рассказала маме почти всё, обходя лишь момент знакомства с Крисом. Пусть лучше думает, что у них просто не сложилось. Такое ведь случалось сплошь и рядом.
- Мам, спасибо.
Как только Валерия села рядом с дочкой, та обняла её и уткнулась носом в плечо.
- За что-то конкретное спасибо?
- За всё спасибо, мам. И за то, что не ругаешь… особенно спасибо.
Валерия фыркнула, не сдержалась.
- А за что мне тебя ругать?
- За то, что сделаю тебя бабушкой так быстро.
- Я сама Кирюху родила в двадцать. Тоже, знаешь ли, рановато. А потом Пашу и тебя следом. И к двадцати пяти у меня уже был полный комплект.
- И папа был, а я… вот… - Соня опустила взгляд, а мама вместо нотаций просто сунула ей в руки чашку с чаем.
Они всё это уже обсуждали, кажется, и ни раз, но Соня почему-то регулярно к этой теме возвращалась. Может быть, ей надо было слышать, что всё в порядке, и что родительская любовь никуда не денется, даже если она их разочарует.
- Никаких разочарований я не испытываю, если ты об этом, - тут же поняла её мама. - За тебя только переживаю. А про ребёнка не беспокойся, я буду рядом и помогу. С учёбой что-нибудь придумаем.
- А я уже придумала, - пробормотала Соня. – Я в Лондон не вернусь… наверное.
Закончу семестр дистанционно, потом возьму перерыв и восстановлюсь после следующего лета. Или слетаю на пару месяцев, чтобы основную программу сдать, попробую договориться часть дисциплин экстерном зачесть… или можно перевестись в «Оупэн Юнивёрсити»…
- Ещё чего, никуда переводиться не надо, будешь учиться там, где выбрала. Хватит об этом сейчас думать, - отрезала Валерия. – А я, если надо, в Лондоне с тобой поживу, буду с внуком сидеть, пока ты на лекциях. Разберёмся, короче, Лёля.
- А если там внучка?
- Да хоть двойня, милая. Мы всем будем рады.
Валерию Александровну, кажется, ничего не пугало.
- Получилось так, как получилось. Что теперь волосы на себе рвать? Да и парень твой, может, одумается. Поговоришь потом, как и собиралась.
Сонька улыбнулась маме, отчаянно думая, что ей надо поговорить с Крисом, потому что оставалась призрачная надежда, что что-то может измениться, и планы снова придётся перекраивать.
