Наедине с герцогом

– Я поеду с тобой, – заявил Энтони.

Он положил салфетку рядом с тарелкой и встал из-за стола.

Герцог подозвал Фелпса, который стоял у двери.

– Пожалуйста, велите конюху заложить экипаж.

Дворецкий кивнул и удалился.

– Хотите, я поеду с вами? – спросил Уинстон.

– Нет, – ответил Энтони.

Брат предложил это от чистого сердца, но герцог знал, что на самом деле Уинстон хочет вернуться домой и вновь взять в руки бразды правления своим предприятием. Пока Уинстона нет, там все идет не так уж гладко, и, кроме того, Энтони не вынесет поездку под осуждающим взглядом брата.

– У тебя и своих забот хватает.

– Если хотите, можем поехать мы с Хантли, – предложила Луиза.

Энтони благодарно улыбнулся ей.

– Спасибо, но я знаю, что вы собирались привести в порядок дом, перед тем как вернуться в Лондон к началу сезона. Не волнуйтесь – у нас с матушкой все будет хорошо. – Он повернулся к взволнованной, бледной герцогине. – Если ты будешь готова через час, до ночи мы доберемся на место.

Мать молча кивнула в знак того, что все поняла, и медленно поднялась. Луиза тут же оказалась рядом с ней.

– Давай я отведу тебя наверх, – предложила она. – Я позову твою служанку, и мы обе поможем тебе собрать вещи.

Энтони посмотрел им вслед, потом вновь повернулся к Уинстону, Саре и Хантли.

– Простите, что так поспешно вас оставляю, но, зная мать, уверен, что она изведет себя, пока не увидит тетю Корделию.

– Не стоит о нас беспокоиться, – как всегда негромко произнесла Сара.

– Спасибо, Сара, это очень любезно с твоей стороны. Но сейчас мне просто нужно… собрать вещи. Прошу меня простить."

"Энтони оставил своих близких и направился в кабинет, чтобы взять денег на путешествие. После этого он позвонил камердинеру, который поднялся с ним наверх, чтобы помочь собрать вещи.

Через полчаса герцог и его мать попрощались с Луизой, Сарой, Уинстоном и Хантли, забрались в экипаж и отправились на север.

– Прости, что перекладываю на тебя свои проблемы, – сказала матушка, перестав смотреть в окно и повернувшись к сыну.

Они уже выехали из Моксли и теперь стремительно неслись по сельской местности.

Энтони вопросительно уставился на нее.

– Твои извинения совершенно излишни, – ответил он, взял маму за руку и нежно пожал ее.