Взяв из моей руки сумку, он прошел в прихожую, обулся, а потом долго наблюдал за тем, как я дрожащими руками зашнуровываю свои кроссовки.
– Ты все равно ненадолго, – зачем-то сказал он.
– Я уезжаю до сентября, даже не надейся, что я вернусь раньше, – ответила я, заканчивая шнуровать обувь.
– Я сказал, что ты едешь ненадолго, – настойчиво повторил он, и я промолчала.
Мы доехали до вокзала на такси, это заняло около двух минут, ради которых не следовало брать машину.
Я подошла к своему автобусу и протянула руку Егору, чтобы забрать сумку.
Он сверлил меня глазами, как будто пытался запомнить меня. Нехотя он отдал мне сумку, задержавшись своей рукой на моей.
– Мы с мамой будем ждать тебя, – сказал он таким голосом, как будто имел в виду что-то совершенно иное, а не то, что произнес вслух.
У меня скрутило желудок и снова подступила тошнота, но я ничего не ответила, с облегчением входя в автобус и протягивая водителю билет.
Автобус стоял еще около пятнадцати минут, и все это время Егор стоял у моего окна и смотрел на меня.
Я делала вид, что не вижу его, задергивала шторку, но он все равно продолжал стоять возле автобуса, как побитая собака, которая ждала, что ей кинут кость.
Случайная встреча
Когда автобус тронулся, я облегченно выдохнула. Уже через пятнадцать минут, когда я ехала в город, а впереди были два часа пути, я расслабленно сидела в кресле и смотрела в окно. Я была настолько рада, что уезжаю из дома, что это, пожалуй, можно было сравнить с радостью заключенного, которого выпустили на свободу.
А еще я думала о том, что я совершенно не хочу возвращаться домой, где все мне будет напоминать о том, что со мной делал Егор. Каждая деталь, каждая комната, каждый предмет – все будет напоминать мне о боли, унижении и отвращении.
Как я ненавидела себя. Я смотрела на свои руки, ноги, на свою грудь, которые он лапал своими ручищами, стараясь доставить мне как можно больше боли и унижения. Егор хотел владеть мной также, как и моей матерью, возможно, даже больше, потому что я сопротивлялась, а это еще больше заводило его и заставляло стремиться к тому, чтобы овладевать мной все чаще, оставляя на моем теле все больше своих отпечатков.
Когда автобус въехал в город, я уже почти забыла обо все, что произошло сегодня утром, я не хотела думать об этом. Достав телефон из кармана, я собиралась позвонить бабушке и предупредить, что подъезжаю к вокзалу, но тут же увидела несколько сообщений от Егора.
