В цивилизованном обществе данное мероприятие, производимое, а вернее подготавливаемое, называлось изнасилование несовершеннолетней. Кстати, по внутренним законам Зории, пойманного на месте преступления насильника ждала смертная казнь.
Как только я разобрался в ситуации, что заняло какую-то долю секунды, от бедра дважды выстрелил в единственного в комнате бандита. Статус остальных, находившихся в комнате, я не знал, может, тоже относились к подобным людям. Вернее, нелюдям, только из конкурирующей банды, поэтому я настороженно посмотрел на них, контролируя воющего на полу бандита.
— А я тебя знаю. У тебя крейсер, в сети показывали, — сказал вдруг цыган, на что мне оставалось только сплюнуть и содрать маску.
— Глазастый больно, — покачал я головой.
Вздохнув, я подошел к бандиту и проверил его. К моему удивлению, оружия у него не было. Подхватив одеяло, я накинул его на девочку, она явно стеснялась своей наготы. Отвязывать никого из них до прояснения ситуации желания у меня не было.
Парень меня, кстати, услышал.
Пока я возился с бандитом и укрывал девочку, он ответил:
— Форма пилота — это раз. Шрам, пересекающий бровь, — это два. Да и глаза у вас редкого светло-зеленого цвета. Это три.
Сев на свободную кушетку и покачивая в руке игольник, я поинтересовался:
— Как будем выпутываться из этой ситуации? Сами понимаете, резона оставлять вас в живых у меня нет, не хотелось бы иметь проблем с полицией. Прежде чем решить этот вопрос, ответьте. Вы кто? И вы бы поторопились, мы тут не одни.
Они стали переглядываться. Никогда бы не подумал, что можно общаться с закрытыми ртами и отключенной связью, одними только взглядами и мимикой. Оказалось, можно. Молчаливые переглядывания закончились, видимо, они пришли к какому-то выводу и предоставили слово цыгану.
Как я и предположил, пленники были из конкурирующей структуры, это, можно сказать, вершина айсберга. Почему они решили мне рассказать всю правду, я узнал несколько позже."
"А дело было так. Было несколько друзей, ветеранов множества локальных войн.
Поносило их по Вселенной изрядно, и опыта у них набралось на целую эскадру (это не я так сказал, цыган поэтично высказался). Шло время, они старели, и вот разъехались по родным краям. Один из них, с Зории, купил домик, денег много он так и не скопил, хотя пенсия, как у бывшего военного, была очень даже приличная, устроился работать в сиротский приют. Не из-за денег, а просто не мог сидеть без дела. Было это восемнадцать лет назад.
