Бросаю на него косой взгляд и с удивлением замечаю, что злость сделала его лицо старше — теперь он как минимум дотягивал до моего возраста. — Так что твоё сравнение неуместно.
— Жениху моему об этом расскажи, — довольно улыбаюсь я, ожидая его дальнейшей реакции.
И она не заставляет себя долго ждать: втопив педаль тормоза в пол до упора, Костя неожиданно тормозит прямо посреди дороги; меня швыряет вперёд, отчего ремень безопасности, пристёгнутый на автомате, натягивается, больно врезаясь в тело, но от столкновения моей головы с приборной панелью всё же спасает.
— Ты выходишь замуж? — ошарашенно спрашивает он.
То есть, такая очевидная мысль не приходила в его светлую голову? Вряд ли бы Богдан вёл себя со мной так дерзко, если бы был всего лишь сыном моего босса…
— Может, ты уже отвезёшь меня домой и наконец-то провалишься куда-нибудь подальше? — снисходительно спрашиваю и отворачиваюсь к окну.
В задний бампер раздаются недовольные гудки и резкие ругательства, и Костя приходит в себя, продолжив движение.
Называю ему адрес, и больше за всю дорогу мы оба не произносим ни слова — я радовалась тишине и отсутствию поползновений в свою сторону, а Матвеев, очевидно, всё ещё был в шоке.
Так ему и надо.
* * *
Всю дорогу до моего дома Матвеев молчит, словно воды в рот набрал, но я всё равно не могу отвлечься и остро чувствую его присутствие каждой клеточкой тела — рядом с ним хочется ощетиниться, выпустить иголки и защищаться. Рядом с Богданом я никогда такого не чувствовала; пусть между нами не было воспламеняющих атмосферу чувств — мне было достаточно и того, что мне с ним спокойно, безопасно и надёжно.
Рядом с таким, как Костя, всегда актуален эффект неожиданности — никогда не знаешь, что случится через минуту.
А я ненавижу неожиданности.
А ещё меня почему-то напрягает эта тишина — молчаливость совершенно не идёт Матвееву как черта характера.
Ну и вот почему я об этом думаю вообще?!"
"Во дворе своего дома буквально вылетаю из машины, не забыв хлопнуть дверью напоследок, но Костя не даёт мне уйти просто так.
— Когда твоя свадьба? — слышу за спиной его голос.
Мне приходится обернуться, хотя очень не хочется.
— Какая разница? — холодно спрашиваю.
— Не будь язвой, — кривится парень. — Просто ответь.
— Двадцать третьего мая, — меняю гнев на милость.
Пару секунд Костя о чём-то сосредоточенно думает, а потом кивает собственным мыслям.
— Значит, у меня ещё есть время.
