Наглый. Дерзкий. Родной

– Федя, если ты станешь слушать Матвея и будешь хулиганить в школе…

– Я сам все порешаю! – тут же вызвался Матвей. – Кать, ну расслабься ты, это деревня, здесь можно и нужно хулиганить, особенно в детстве. Левка над нами с Кирюхой однажды тоже так пошутил, мол, если съесть сирень с пятью листиками, то желание сбудется. Мы с Киром все окрестные деревья объели, а заработали только плюшек от бабушки и немного несварение.

– А желание сбылось? – с живым любопытством уточнил мой Федя.

Я закатила глаза, а Матвей почесал затылок:

– Только Левкино! Пока мы с Кирюхой, наказанные, дома курятники убирали, он на моем велике катался.

– Мам, а мы мой велик забыли! – вспомнил Федя.

– Так лошадка есть! – взмахнул руками Матвей. – Ща, я договорюсь, покатаемся.

Он легко поднялся, выплюнул остатки камыша и потопал к дереву, под которым дремал немолодой мужчина, прикрыв глаза картузом – родным братом любимого головного убора Матвея.

Мужчины пожали друг другу руки, а потом незнакомец указал рукой на серую лошадь, спокойно пасущуюся на лугу.

Матвей подошел к ней, лошадка отшатнулась, но парень осторожно погладил ее по морде и заговорил.

Подозреваю, что он просто заболтал бедняжку, потому что спустя несколько минут та покорно позволила незнакомцу надеть себе на шею подобие веревки и пошла за Матвеем и мужчиной к нам.

– Это самая спокойная лошадь, не бойтесь! – к нам подошел незнакомец. – Я Борисыч.

– Катя, – представилась я, вблизи рассматривая невероятное животное.

Издалека лошадь казалась намного меньше, вблизи же она выглядела внушительно и несокрушимо.

– Громко не кричать, Незабудку не бить, – давал нам указания Борисыч.

– Как такую красавицу можно ударить? – улыбнулась я."

"– Катюха, конь есть, принц на месте, – выдал широкую улыбку Матвей, – Федя, давай сесть помогу. Седла нет, но мы потихоньку, один кружочек. Я подстрахую, – тут же добавил он, видя, что я испуганно икнула.

Борисыч подмигнул, достал из кармана яблоко и протянул его Феденьке. Сын осторожно подошел к лошади, протянул ей яблоко, и Незабудка мягкими губами осторожно приняла лакомство, снисходительно глядя на Федю сверху вниз.

– Они очень умные, – расхваливал свою любимицу Борисыч, – ребенка никогда не обидят, благороднее, чем люди.

– Она красавица, – с придыханием выдала я.

Незабудка доела яблоко, а Матвей подхватил Федю под мышки и усадил на лошадь.