Наглый. Дерзкий. Родной

Ната протянула мне пачку, я достала сигарету, обернулась, поняла, что Роберт уехал и Федя не увидит моего грехопадения, вытащила сигарету, прикурила дрожащими руками и вопросительно уставилась на подругу.

– В субботу после обеда ввалились маски-шоу, с оружием, собаками… Боже, у меня, кажется, седина появилась от страха. Выгнали всех посетителей, нас всех держали в холле, а сами перерыли все! Но знаешь, что самое странное? Я никогда не видела таких вежливых силовиков. Аккуратненько зашли, вежливо нас всех к стеночке поставили, при обыске даже не лютовали особо.

– Скажи, что они ничего не нашли? – взмолилась я.

Зная, как иногда работает наша доблестная полиция, я предположила худшее. Могли и подкинуть при желании, подобные случаи уже были.

– Не нашли. Нас всех забрали в отделение, допрашивали. Боже, у них там какие-то доберманы работают, а не опера.

Я сделала затяжку и подпрыгнула на месте, когда мой мобильный ожил.

Взглянула на экран и поняла, что номер мне не знаком.

– Алло, – ответила я.

Села на лавку, потому что ноги не держали.

– Соколова Катерина Романовна? – грозно поинтересовались на том конце провода.

– Д-да.

– Старший оперуполномоченный ФСКН Токарев.

– Очень приятно, – ляпнула я.

– Катерина Романовна, – кашлянул старший оперуполномоченный, – вы должны прийти к нам для дачи показаний. Адрес я вам в сообщении пришлю.

– Сейчас? – напряглась я.

– Да. Я вас жду.

– Меня в чем-то подозревают?

– Пока нет. Прошу приехать вас как можно быстрее.

– Через час буду, – губы онемели от страха, а кончики пальцев я почти не чувствовала.

Посмотрела на Наташу и выдавила:

– Такси, наверное, нужно вызвать.

– Не надо, на моей поехали, я тебя на улице подожду. Мало ли…

Наташа поднялась, а я пошла за ней, на ходу набирая номер Дэнчика.

– Диса, что мне делать, если меня вызывают в ФСКН? – с ходу начала я.

– Для начала успокоиться. Если вызывают, а не скрутили на месте, значит, все не так страшно. Рассказывай.

Я коротко пересказала другу то, что мне рассказала Наташа, и ждала его ответа, кусая ногти.

– Во-первых, будь спокойна. Катя, ты слышишь?

– Слышу."

"– Не волнуйся только, будешь трястись – они подумают, что ты что-то скрываешь. Лицо кирпичом, голову выше и помни, что ты имеешь право не свидетельствовать против себя, поняла?

– Угу, – согласилась я.

– Я сейчас своему приятелю наберу, он адвокат. Если что – сразу мне набирай, он подъедет. Ферштейн?

– Да.

– Ничего не бойся.