Найди сердце королевы

Мне хочется кричать, чтобы голос ослаб, чтобы силы окончательно покинули это маленькое тело.

Я ужасно слаба. И не хочу всего этого чувствовать.

Я всё гляжу на серый потолок, с которого уже давно слезла краска. Смотрю на стены, считаю, сколько царапин на них. У меня всё болит: как изнутри, так и снаружи.

Полицейский, оставив меня на растерзание, уехал, лишив шанса на благополучный конец.

Целыми часами я лежу на полу в грязи. Мне плохо, голова кружится, меня периодически подташнивает. Организм сопротивляется гнетущей атмосфере.

Он ведь не привык к пыткам, не привык к побоям.

А Хью действительно бьёт меня, чтобы оставить на теле как можно больше синяков. Это его задача, его цель. Он не хочет оставлять меня невредимой. Однако он точно учитывает, как бить правильно, чтобы не нанести серьёзного вреда и не лишить меня ненароком жизни раньше времени.

Внутри чувство дикого страха медленно сменяется гневом, а ещё в какой-то степени безразличием. Мне почти всё равно, что будет дальше. Я знаю, что умру в любом случае, поэтому боли почти уже нет.

Я просто научилась за часы пыток её притуплять.

Когда я переворачиваюсь на спину, желая встать, вдруг ощущаю что-то колющее на спине. В моём платье что-то есть. Что-то маленькое и твёрдое. Нахмурившись, я еле-еле привстаю на локтях и сую руку за спину, пытаюсь нащупать, что же это такое. А спустя секунду открепляю с платья и достаю маленький чёрный предмет.

Это чип для слежения, который оставил на мне Гай. Всё это время он был на мне.

Он едва не выскальзывает из моих трясущихся рук, я так взволнована, я так себя ненавижу за очередную попытку зажечь в сердце надежду, но не могу перестать поддерживать в себе тягу к жизни.

Мне кажется, сердце со мной согласно, и оно больше не стучит так сильно, как раньше. Оно успокаивается в груди, пока ладони продолжают потеть.

Я возвращаю чип обратно на внутреннюю сторону платья, закрепляю при помощи липкой части.

От волнения вперемешку с тревогой кружится голова. Таблетки, которыми меня пичкают, явно подавляют сопротивляемость психики, и оттого я вечно чувствую тянущую слабость в конечностях.

Ложусь обратно на пол так, будто он стал моей кроватью. В тело упираются острые края деревянных щепок, осколки бутылок и кирпичей, но мне наплевать на эту пустяковую боль. Я всё думаю: сработает ли чип. Догадается ли Гай искать меня с его помощью?

Проходят минуты, потом часы. А я всё продолжаю лежать, и меня никто пока не тревожит. Моментами я думаю о смерти.