Найди сердце королевы

– О цветочках и бабочках, конечно же, – спокойным и невозмутимым тоном отвечает Нейт.

Моя грудь дёргается от смеха.

– Ну, или поиграем в «Камень, ножницы, бумага», если хочешь. Хочешь?

Я отрицательно качаю головой.

– Ты издеваешься надо мной, Нейти?

– Думаешь, я недостаточно настрадалась?

Гай испускает тяжёлый вздох, резко дёргая Нейта в сторону за рукав толстовки, и серьёзным тоном проговаривает:

– Иди сходи с ума в другом месте. Оставь нас одних.

– Не думаю, что сейчас самое время перепихиваться, – издаёт смешок Нейт.

– Ладно-ладно! – Нейт поднимает руки, потом гладит меня по голове, как ребёнка, и говорит: – Отдыхай, дурочка. Надеюсь, новости тебе понравятся.

Я хочу спросить, что за новости, но он уже выходит из комнаты, будто нарочно оставляя меня в неведении.

Гай переключает внимание на меня. Он берёт мою руку, глядит на неё, маленькую по сравнению с его ладонями, рисует невидимые узоры пальцем.

– Я должен спросить кое-что, – начинает он.

– И что же? – произношу я.

Я понимаю, о чём он говорит.

– Каталина, я знаю Хью, – говорит он, и в голосе проступает злость. – Я знаю, что он любит больше всего. Молоденьких девушек. А в особенности насиловать их.

Я отрицательно качаю головой и шепчу:

– Но меня он в этом плане не трогал… Хотел, но его остановили.

– Хотел… – повторяет Гай, пока глаза дьявольски темнеют. – Он ещё легко отделался, Каталина.

Я поражаюсь, услышав из его уст что-то столь неприличное. Он никогда не использует в своём обиходе ругательств, так что меня это сильно удивляет.

– Верю, – улыбаюсь я, хотя улыбка кажется такой неподходящей и абсурдной в этой ситуации. – Я бы с удовольствием на это посмотрела.

Гай отодвигается от удивления, хмурясь и изучая мои глаза так, словно собирается открыть себе портал в мой разум и понять, о чём я сейчас на самом деле думаю.

– Тогда у тебя есть отличная возможность насладиться новостью о казни остальных твоих мучителей, – говорит он.

На этот раз хмурюсь я.

– Я собрал всех, кто участвовал в этом, у себя дома. В подвале. Они дожидаются своей смерти, на которую у меня есть право по нашим же законам. Потому что они нарушили главное правило нашей семьи: они тронули одну из Харкнессов.